Последующие часы занимаюсь тем, что вылизываю этот гребаный лабиринт. А это не так-то просто, учитывая, сколько тут комнат. Через какое-то время, видимо покончив со своими делами, Ян принимается доводить меня тем, что бродит рядом туда-сюда, то и дело комментируя, что тут плохо помыла, там не все протерла. Уебок! Я уже говорила, что ненавижу его? Черт, в какой-то момент я была близка к тому, чтобы убить его. И знаете, уверена, меня бы даже оправдали за содеянное, ибо так доводить кого-то — ещё нужно уметь. Такое впечатление, что этот тип был рожден для того, чтобы унижать и издеваться.
Только через три часа я, наконец, смогла спокойно вздохнуть и то только потому, что Яну просто надоело глумиться надо мной. Заявив, что он жутко хочет спать, а завтра еще и на работу он вытолкал меня из квартиры, наказав, чтобы я шла к машине и ждала его там.
Через сорок минут я была в «своей» комнате. Мертвым телом упала на кровать и даже не стала раздеваться и расправлять ее. Я была вымотана и морально и физически. Даже на злость сил не осталось.
Если так будет продолжаться каждый день, боюсь, я помру раньше, чем этому ублюдку надоест издеваться надо мной.
Как долго можно терпеть каждодневные издевательства?
Как выяснилось, достаточно долго, если у тебя стальные нервы и полная безысходность постоянно маячит перед глазами, напоминает о своем существовании едкими, презрительными усмешками. Нервы у меня и правда были стальными. Подростковая закалка, в нашем невероятно «миролюбивом и дружелюбном» социуме, когда-то сделала свое дело. Только вот… дела мои от этого становились лишь еще хуже.
За несколько дней, проведенных в этом доме, я пришла к двум выводам. Первый — Ян больной садист, второй — ему доставляет нереальное удовольствие мое безграничное упрямство и то, как он раз за разом втаптывает его в грязь. Наслаждается моей беспомощностью. Любой протест или агрессия с моей стороны — и я получаю новую порцию вылитых на меня помоев или мучительных минуток от его фокусов с болевыми точками.
Это невыносимо…
Сегодня к нему пришли гости. Кто бы вы подумали? Конечно же, других людей и быть не могло. Ренат, Влад и даже Оксана почтила нас своим присутствием. Приперлись посмотреть на то, как продвигаются дела с «укрощением строптивой» девки. То бишь, меня.
Они расположились в гостевой комнате, бурно обсуждали поход, как я поняла в «Альянс». Честно говоря, я и не слушала их вовсе. Стояла у дверей с отсутствующим видом, полностью погруженная в свои мысли. Но чувствовала себя предметом мебели. И чего я тут стою? Непонятно.
Когда приперлась эта троица, Ян в приказном порядке велел мне спуститься вниз. Сказал, что сегодня я буду их обслуживать. Видимо решил похвастаться своими достижениями перед друзьями и невестой. А мне-то что… пускай хвастает. Мне всё равно.
— Эй! — меня вырвали из глубоких раздумий. Ян, конечно. — Кофе нам принеси, — сухое и жесткое. Обращение, как к рабу, ей-богу. Хотя, если задуматься, я, наверное, и есть раб.
Делаю короткий кивок и иду на кухню. В спину слышу звонкий смех Оксаны и какие-то комментарии Влада. Пиздец, как смешно. Уроды!
Быстро варю кофе, стараясь полностью игнорировать присутствие Жерара. Мужчина иногда крутится рядом, поглядывает на меня, словно хочет что-то сказать, но в итоге так и не решается. Уверена, уже вся прислуга в этом доме заметила, как «тепло» относится ко мне их хозяин, хотя влезать никто и не думает. А зачем? Правильно. Какой смысл? Никому ведь не хочется потерять работу.
Через несколько минут материализуюсь в гостевой комнате, подхожу к журнальному столику и аккуратно расставляю с подноса чашки с кофе. Три пары пристальных взглядов с каким-то затаенным интересом наблюдают за мной. Только Ян, как всегда, безразличен. Сегодня он просто само спокойствие. Стоило только появиться Оксане, как его интерес ко мне резко пропал. И слава богу!
Прижимаю поднос к ногам, задерживаю отрешенный взгляд на темном ковре и монотонно интересуюсь:
— Что-нибудь ещё?
— Пока нет, — Ян берёт свою чашку, делает глоток, чуть кривится. — Снова недоварила… — та-ак, началось. Ловлю на себе укоризненный взгляд «хозяина» и невольно съёживаюсь. — Это что, так сложно? Сварить кофе.
Молчу. Хочется, конечно, сказать о том, что вам, сударь, хрен угодишь. То переварила, то недоварила. Но я просто молчу.
Оксана кривит губы и пренебрежительно хмыкает. Ренат и Влад переглядываются, обмениваются странными улыбками.
— Иди отсюда, — фыркает Ян. Я повинуюсь, но как только касаюсь дверной ручки, парень елейным тоном, не меняясь в лице интересуется:
— Далеко собралась?
— Вы ведь сказали уйти отсюда, — оборачиваюсь.
— Ты дура безмозглая, я велел тебе присутствовать здесь до тех пор, пока гости не уйдут. У тебя проблемы со слухом?
— Нет, — качаю головой и становлюсь на то же место, где стояла до этого. Со слухом у меня как раз таки все замечательно.
