Так произошло полностью

Потому все, на что ему оставалось надеяться — это на то, что в конце концов Озпин не соврал ему и в этот раз.

Отвлекшись от созерцания вида за своим окном — Джеймс выдохнул и развернулся к своему столу, на котором уже покоилось написанное от руки срочное послание — что-то, что нельзя было доверить даже разговору по свитку.

Арестовать Жака Шни по обвинению в государственной измене. Подпись — Генерал Джеймс Айронвуд.

Винтер Шни всегда считала себя выдающейся девушкой.

С ранних лет отмеченная физическими способностями и хорошей фигурой — аура открытая в двенадцать лет — и баснословное состояние ее отца. Первая в очереди на наследование всей праховой мегакорпорации Шни — она считалась примером для всего высшего общества Атласа даже в столь юном возрасте. Многие пророчили ей большое будущее — как ее учителя, так и ее знакомые — точнее, родители ее знакомых.

Ее младшая сестра, Вайсс, всегда также смотрела на нее с восхищением во взгляде — даже если пока ее больше интересовала прическа винтер или ее сверкающая одежда, чем ее жизненные истории. Винтер Шни пророчили будущее первоклассной бизнеследи…

Именно это и вызвало у многих такую волну непонимания, шок, ужас, когда Винтер Шни объявила, что поступит в Академию Охотников.

Статус охотника был высок — но это не то заведение которое стоит посещать будущей наследнице состояния Жака Шни. Экономический университет Атласа? Бизнес-академия? Может быть даже политический институт Вейла — но точно не Академия Охотника.

Удар же по обществу, когда Винтер Шни была объявлена исключенной из линии наследования был смертелен — был бы, если бы даже не большая новость, пришедшая чуть позже.

Винтер Шни не стала поступать в Атлас — она поступила в Бикон!

Наследница самой богатой и одной из самых престижных семей Ремнанта не только избрала ремесло охотницы — но поступила в Бикон, за что и была отлучена от наследства!

Ох, все домохозяйки Атласа наверняка уже успели расплавить себе мозг, переливая из пустого в порожнее эту информацию…

Винтер бы тоже хотелось порассуждать, почему такая перспективная леди совершила такой поступок⁈

К сожалению, Винтер прекрасно знала о причинах подобного…

Жак Шни не превратился в монстра за одну ночь, заснув великолепным отцом и проснувшись абсолютным ублюдком.

Нет, когда-то Жак был отличным отцом для Винтер… Или, по крайней мере, так видела она сама.

Жак всегда видел ее только в качестве «наследницы», кого-то, кто примет его богатства и приумножит их, воспевая самого Жака Шни как величайшего гения всех времен… Хах, наверняка он уже заказал отлитый из золота собственный бюст…

Просто постепенно, день за днем, Винтер Шни видела все больше и больше. Сомнительные сделки здесь и вливание капитала там…

И Винтер опротивел Жак. Постепенно и капля за каплей — пока в один день она не взглянула на него и не поняла.

Этот человек — не мой отец.

После сотого обвала в его шахтах? После тысячного схваченного всегда бдительной службой безопасности? После десятитысячного рассказа о том, как сильно Жак ждал от нее превосходных результатов?

В какой-то момент.

Она не могла уже выносить этого — ни лицемерных улыбок, ни слов отца, ни всех этих ожиданий, возложенных на нее…

И затем… Империя Жака Шни посыпалась, как карточный домик.

Это видела Винтер, это видел Атлас, это видел весь Ремнант — кроме Жака Шни. Он был одержим — больше года она практически не видела своего отца, что окружил себя несколькими рядами механической стражи, как одержимый запираясь в своем кабинете или исчезая по своим встречам — прежде чем вернуться под утро, лишь более злой и уставший.

И, в конце концов, когда империя Жака Шни окончательно рухнула — Винтер могла вздохнуть с облегчением.

Никакого больше давления на нее. Никакого наследования.

И даже если то, что рухнуло на землю, было делом всей жизни ее великого деда — в конце концов Винтер могла лишь выдохнуть с облегчением. Она наконец-то стала свободна.

Но когда Винтер уже задумывалась над тем, чтобы отправиться в Атлас ради получения своей лицензии охотника…

Жак Шни начал планировать захват власти.

И самым отвратительным для Винтер было то, что Жак Шни не решился на свой безумный план по захвату власти через силу изначально. Нет, Жак понимал, что он был окружен и его компания была раздроблена — поэтому самым логичным путем он увидел…

Попытку надавить на Винтер, чтобы заставить ту пробиться в армию после своего обучения в качестве специалиста!

Конечно же Винтер не согласился на подобное — и в данном случае, вопреки пересудам домохозяек — лишение ее наследства случилось раньше, чем Винтер, окончательно уставшая от Жака и его махинаций, бросилась из Атласа прочь, в Бикон.