Эрл тоже оказался под контролем двух придержателей. Впрочем, он это вряд ли заметил. И у Гавселя появился личный страж, который ограничился лишь наблюдением.
– Эй, а кто хоть едет то? – как можно более миролюбиво спросил Винсент у навязанных сторожей.
– Тихо ты. Поговаривают, что
– Прямо
– Уверен, – без раздумий ответил стражник. – Ради него не стали бы улицу перекрывать. Конвой бы отрядили и всё.
– Ааа, ну раз так, то ладно, – сказал Винсент.
Ему стало очевидно, что значение слова «сарказм» Эрл понимает куда глубже, чем придержатель.
– Эй, приятель, – сказал Винс правому стражнику. – Ты не мог бы чуть отодвинуться? Мне в ногу твой арбалет упирается. Или что у тебя там под плащом…
Правый не шелохнулся. Даже не глянул в сторону Винса.
– Эй, Джим, – позвал его левый придержатель. – Ты зачем с собой арбалет приволок?
– Ничего я не приволок, – ответил Джим.
Вот только голос шел от одного из придержателей Эрла.
Инстинкты Винсента насторожились. Они имели нюх на щекотливые ситуации, которых требовалось избегать. От этой ситуации начинало пованивать.
Шлем стражника позволял увидеть только глаза, и в этих глазах отчетливо читался страх.
– А ты кто тогда? Если не Джим.
Стражник – молчал.
Вонь ситуации усилилась.
– Освальд? Гарольд? Билли? – стражник принялся одно за другим перечислять имена товарищей. Отклик был на каждое имя. Но все еще не от нужного человека.
Ситуация отчетливо
– Ничего не пойму, – удивлялся стражник. – Я вроде всех уже перебрал.
– Вон он. Едет! – крикнул начальник. – Всем внимательно.
Винсент был предельно внимательным. Как всегда, когда от собственного внимания могла зависеть продолжительность жизни. Но его внимание сфокусировалось на придержателях, а не на том объекте, который ехал.
– Подожди-подожди, – сказал первый стражник, под воздействием редкой залетной идеи. – Создавание, изменение, подражание, огонь, лед… – он начал считать товарищей, тыкая пальцем в каждого, пока не закончил на начальнике. – …прах.
Правый придержатель в счете не участвовал, и теперь палец левого медленно сместился в его сторону.
– Сутки и один, – голос стражника дрожал. – Сутки. И еще один…
Пузырь напряжения лопнул.
Правая рука Винсента обрела свободу.
Арбалет тоже перестал упираться в ногу и теперь смотрел в сторону конвоя. Человек увидел цель. Неудивительно. Любой бы увидел. Белоснежный конь в розовом плюмаже и эффектный алый плащ смотрелись попугаем в стае ворон – серых охранников конвоя.
Винсент максимально съежился и не шевелился. Он не собирался даже косвенно участвовать в событиях.
Однако у его правой руки оказались другие планы.
Будущий убийца уже нажимал на спуск, когда Винсент толкнул его. Точнее, правая рука толкнула, полностью игнорируя волю хозяина.
С громким «ВЖУХ» стрела полетела в цель. Только вот цель оказалась далека от изначальной.
– АААА, – Завопил командир отряда заграждения. – Джим! Ты совсем сдурел?
Стрела вошла в просвет между доспехов на плече. Неудивительно, ведь площадь просветов чуть ли не превышала площадь самих доспехов.
– Да не я это! – возмутился Джим. – Это вон. Новенький.
– Какой насрать на тебя новенький?! У нас нет новеньких!
Важный заместитель не мог не заметить происходящего, так как происходящее происходило прямо перед его носом. Взгляд начальника пробежался по фигурам стражников и остановился на человеке с арбалетом.
– УБИЙЦА! – завопил заместитель. – УБИВАЮТ! УБИЙЦА! ДЕРЖИ ЕГО!
Держи его. Наверное, не самый лучший приказ. Особенно для
Позднее Винсент так и не смог сообразить, как несостоявшийся убийца
Приказ решил исполнить
Часть свиты заместителя набросилась на раненого начальника. Другая часть озадачилась поимкой стражников, которые в свою очередь хватали друг друга. Да и всех тех, кто был рядом.
На Эрла навалились сразу несколько. Парочка завалила Винса. Даже Гавселя кто-то поднял над землей. За что был громко и беспощадно облаян.
Винсент, Эрл и Гавсель стояли перед раненым командиром и важным заместителем какого-то заместителя, который так и не слез с лошади.
– Понял, сержант? – спросил заместитель, несколько раз прослушав версии событий из разных уст. – Вот такие люди вам нужны в городскую стражу.
Сержант морщился от боли и выражал полную готовность к получению первой помощи.
– Я обязательно устрою их, мой чин. Выдам бумаги для пункта набора. Отменные будут стражники.