— Может быть, — сказал я, стараясь не слишком обнадеживаться. Наши с Эмбер встречи с тех пор, как она приехала домой, были всем, о чем я только мог мечтать. И хотя наши рабочие графики не совпадали — я работал ночью, а она по утрам, — мы все равно находили возможность проводить вместе несколько вечеров в неделю. Мы отправлялись на пробежки, а потом ели суши, или просто околачивались в доме ее родителей или в моей квартире. Мы беседовали, смеялись, как это было во время нашей учебы в колледже, до того вечера, когда мое признание в любви воздвигло между нами стену, которая так и не исчезла окончательно.
Но вчера, когда я зашел в тренажерный зал, между нами не было никакой преграды. Она была со мной приветлива, даже кокетлива, и когда наши взгляды встретились, я не мог отрицать, что меня охватило возбуждение, и я заметил, что ее щеки покраснели. «Может быть, разлука с Дэниэлом была как раз тем, что поможет ей разобраться в ее чувствах, — подумал я, выходя из тренажерного зала. — Может быть, проводя так много времени со мной, она придет к выводу, что выйти за него замуж будет ошибкой. Что она будет намного счастливее со мной».
В субботу, около восьми часов вечера, диспетчер передал указание всем бригадам срочно выехать к месту аварии, в которой пострадало много автомобилей. Несколько пожарных бригад и машин «скорой помощи» были уже на месте, но этого было недостаточно. Там, скорее всего, был уже и мой отец. Большой бензовоз врезался в ехавшую впереди машину, которая резко затормозила. И все идущие за ним стали врезаться друг в друга по принципу домино. Искореженный металл и разбитые стекла валялись по всей дороге. Диспетчер сообщил о множестве загоревшихся автомобилей и о многочисленных жертвах. Это был не лучший способ начать дежурство, даже в самые благополучные мои дни. А сегодняшний день явно не входил в эту категорию. Несмотря на то, что отношения с Эмбер складывались хорошо, я проснулся утром с ощущением того, что мне на грудь навалился огромный камень. Все тело дрожало, и я не мог понять, почему именно. Эти приступы крайней тревоги охватывали меня независимо от того, что происходило в моей жизни. Они просто возникали без видимой причины и запускали в меня свои острые когти, грозя поглотить меня целиком.
Мейсон резко свернул и стал пробираться мимо запрудивших дорогу машин, водители которых не спешили съезжать на обочину, чтобы уступить место машине «Скорой помощи». Но ему все-таки удалось выехать на шоссе, ведущее на юг. Автострада уже успела превратиться в одну большую стоянку, и нам пришлось ехать вдоль обочины. Мой напарник несколько раз включал сирену, чтобы машины, ехавшие перед нами, пропускали нас и мы наконец могли подъехать к месту происшествия.
— Прочь с дороги, тупицы! — кричал Мейсон. Каждая минута промедления могла стоить жизни еще одному из пострадавших.
Боль в груди начала пульсировать, когда я посмотрел вперед и увидел густые клубы черного дыма, поднимавшегося в отдалении.
— Черт, — сказал я. — Похоже, дела плохи.
Но слова застряли у меня в горле, и я издал сдавленный звук.
Мейсон бросил на меня обеспокоенный взгляд.
— Ты в порядке?
— Да, — сказал я, барабаня пальцами по колену.
— Уверен? Ты какой-то взвинченный.
— Уверен. Готов приступить к работе.
«Успокойся, — сказал я себе, сжав руки в кулаки и впиваясь ногтями в ладони. — Просто делай свою гребаную работу».
По мере того как мы дюйм за дюймом пробирались вперед, мы ждали указаний от диспетчера, но он молчал.
— Бригада сорок девять, приближаемся к месту происшествия, — передал я по рации.
— Слышу вас, бригада сорок девять, — отозвался диспетчер. — Пожарные сейчас выносят пострадавших. Не приближайтесь к горящим машинам. Пожарные сами доставят пострадавших к вам.
— Понял, — сказал я. — Бригада сорок девять на выход.
Я взглянул на Мейсона, который подвез нас как можно ближе к месту аварии. Мы были примерно в ста футах от бензовоза, который лежал на боку. Позади него я увидел причину черного дыма — по меньшей мере, пять охваченных огнем машин. Многочисленные пожарные в желтых жилетах разбрызгивали повсюду воду и химикаты, которые тушили огонь, в надежде предотвратить взрыв бензовоза. Я знал, что среди них находился и мой отец, но узнать его было невозможно. Мое сердце колотилось в груди с бешеной скоростью, чему немало способствовала вероятность столкнуться с ним и выполнять свою работу у него на глазах.
«Он будет занят важным делом, — подумал я. — Возьми себя в руки. Сконцентрируйся на работе».
— Начали, — сказал Мейсон, выскакивая из машины и торопливо направляясь к задней двери. Сделав глубокий вздох, я последовал за ним. Мы схватили каталку и аптечку с медикаментами, пробираясь между машинами, которые блокировали проезд. Небо заволокли темные тучи, и начал накрапывать дождь. Я очень надеялся, что он усилится и поможет потушить пламя.
