Он отстранился и взял меня за плечи своими сильными пальцами. Какое-то время он изучающе смотрел на мое лицо темно-синими глазами, в то время как я незаметно бросила взор на его пивной живот, который за прошедшие месяцы увеличился на несколько дюймов. Отец не был высоким мужчиной — при росте в пять футов и десять дюймов он был всего на четыре дюйма выше меня. Но он был крепко сложенным и сильным, и в его присутствии я чувствовала себя защищенной от всех невзгод. Благодаря черным волосам и широкой улыбке он был все еще красив, но я опасалась, что лишний вес плохо сказывается на его сердце. Может быть, позже я заманю папу в тренажерный зал или уговорю отказаться от масляного печенья. Я часто с трудом сдерживала себя, чтобы не пожурить мать за готовку. Среди ее дежурных блюд были жареное мясо, картофельное пюре с большим количеством масла, курица в горшочке и обязательно какой-нибудь жирный десерт. И всякий раз мне приходилось напоминать себе, что раз я терпеть не могу, когда она читает мне нотации по поводу моего питания, то не стоит и мне, со своей стороны, читать нотации ей.
— Как всегда, ты красавица, — заключил мой отец.
— Безусловно, — поддержала его Лиз, сидевшая за кухонным столом с чашкой кофе в руках. — Такая взрослая!
Она улыбнулась, обнажив белоснежные зубы, контрастирующие с ее загаром. Густые, ухоженные светлые волосы спадали на плечи, а голубые глаза были аккуратно подведены черным карандашом. После того, как она развелась с Джейсоном, Лиз сменила множество бойфрендов, но все они заканчивали тем же, что и ее бывший муж. Моя мама пыталась несколько раз познакомить ее с мужчинами, которые подошли бы Лиз больше, но ее, судя по всему, привлекал лишь один типаж. Это были обладатели яркой индивидуальности и вспыльчивого характера.
Я внутренне усмехнулась, когда она назвала меня взрослой. Я уже давно была совершеннолетней. Но я знала, что в глазах Лиз я навсегда останусь пухленькой восьмиклассницей, которой я была, когда мы познакомились. Так же как и Тайлер для меня всегда останется четырнадцатилетним подростком.
— Как поживаешь, дорогая? — спросила Лиз.
— Она готовится к защите диплома, — сказала мама, отвечая вместо меня.
Она протянула мне тарелку, на которой лежала гигантская булка, покрытая глазурью. Наши глаза на мгновение встретились, и я поспешно схватила вилку и отделила от булки огромный кусок. Мама внимательно следила за тем, как я засунула этот кусок в рот и принялась жевать, стараясь не морщиться из-за густого сметанного крема, которым было начинено тесто. Проглотив этот кусок, я чуть не подавилась. Я обычно никогда не ела сладкое, за исключением фруктов, лишь иногда позволяя себе несколько кусочков горького шоколада, да и то употребляла его только в качестве антиоксиданта.
Мама удовлетворенно кивнула и повернулась к Тайлеру:
— Уверен, что не хочешь еще одну?
— Спасибо, нет, — сказал он, похлопав живот. — Они восхитительны, но я уже и так объелся.
Он искоса посмотрел на меня, и я засунула в рот еще один кусок, запив клейкое тесто глотком черного кофе. Потом я подошла к холодильнику и вытащила оттуда несколько ломтиков жареной индейки в надежде, что белок поможет удержать в норме уровень сахара в крови и избавит меня от тошноты.
— Я думаю, Лиз лучше поехать с нами, а вы с Тайлером воспользуетесь его машиной, — сказала мама, снимая с вешалки куртку. — Я уверена, что вам есть о чем поговорить.
Она приподняла бровь и со значением посмотрела на меня. И я тут же пожалела, что рассказала о ссоре с Тайлером. Я всегда колебалась между двумя опциями — говорить ли матери все или совсем ничего. Если я рассказывала все, она сразу же чувствовала себя вправе изложить свое мнение по поводу того, как мне стоит поступить. А если я молчала, то она терзала расспросами о том, как я живу, пока меня не начинало обуревать желание что-нибудь придумать, лишь бы только заставить ее замолчать. По поводу нашей размолвки с Тайлером она сказала:
— Ты не можешь изменить того факта, что он питает к тебе более глубокие чувства, чем ты к нему. Но вы так близки. Тебе и раньше удавалось не доводить дело до разрыва. Ты сможешь сделать это и сейчас, если будешь открыта для обсуждения ваших проблем. Не отталкивай его лишь потому, что это проще, чем выяснять отношения.
Я понимала, что она права, поэтому решила продолжить наш с Тайлером разговор по дороге к елочному питомнику. Я не хотела, чтобы те две недели, которые я планировала провести дома, были омрачены его угрюмым молчанием.
Спустя несколько минут мы уже были во дворе. Стояло ясное прозрачное утро. На ярко-голубом небе не было ни облачка, и, подняв глаза вверх, я даже вынуждена была зажмуриться. Было достаточно холодно, и трава была покрыта инеем. И при каждом вздохе изо рта вырывался густой пар. К счастью, в машине Тайлера была включена печка. Когда двигатель заурчал, я поднесла руки в перчатках к вентилятору. Пальцы уже ломило после нескольких минут, проведенных на улице.
— Как дела на работе? — спросила я, когда Тайлер начал выруливать на подъездную аллею.
