— С чего такая забота?
— Как будто о тебе забочусь, — фыркнула я. — Разморит, потянешь повод в сторону и брякнемся оземь. Хорошо еще, если повозка целой останется.
— Помнится мне, ты изобрела сравнительно неплохой метод пешего путешествия, — иронично заметил старпом. Опять он за свое. Завидует, что мы тогда промчались кентаврами по Хельмерским степям, а он так и не попробовал, как оно. А у самого силенок не хватает, вернее, умения обращаться с магией. Как и тело, магическую силу можно натренировать — если бы Джад Стефенсон, который и старпом, и навигатор, и маг в одном лице, не ленился бы. Кто знает, какие мы тогда горы смогли бы свернуть.
— Если кто-то будет много говорить, сам пойдет в упряжке. А лошадей распрягу, пусть отдыхают, — усмехнулась я, но не удержалась и начала зевать. — Ладно, на смену тогда разбудишь Ксама. А я с господином в робе еще поболтаю.
— Есть, — кивнул Джад.
Разговор продолжался недолго, тряска и нескончаемый дождь нас сморили. Проснулась я оттого, что зычный, натренированный голос старпома вещал на всю округу:
— Вставайте! Просыпайтесь, сучьи дети, привал!
Ксам приподнял тент и злобно посмотрел на оратора. Оратор не потому, что красноречив, а потому что орет, как резаный. Спросил:
— Ты сейчас нас поднял для того, чтобы мы легли спать на мокрой травке? А не боишься, что я тебя прирежу ночью?
— Вот баран упрямый, — хмыкнул Джад. — Лошадей распрячь надо, еду приготовить надо, лагерем стать. Бегать тебе вытирать нос не стану, уж извиняй, Рыжий. Да и травы тут днем с огнем не сыщешь, зато земля сухая. Дождь, видать, стороной прошел.
— Точно прирежу, — проворчал боцман, спрыгивая на землю и разминая затекшие руки-ноги.
— А еще он тебя бараном обозвал, — лениво напомнил Граф. — Так что ты его лучше забодай насмерть, дабы неповадно было.
Ажой тоже слез с телеги. В движениях ощущается тяжесть, свойственная человеку его возраста. Смиренно сказал, не Лежизаля жрец, а прямо какого-нибудь Сола:
— Радует, что распогодилось.
— Все равно солнца уже не видать, — пожала плечами я, наблюдая, как старпом вытаскивает из специальных креплений на днище большой тент грязно-белого цвета. Нас окружала небольшая рощица, что, в условиях лысой, как голова моего собеседника, степи было едва ли не лучшим выходом. Самая благодать — устроиться у небольшого ручейка, чтобы и вода была, и дичь, приходящую на водопой, не проворонить.
— Капитан, а вообще, сколько раз вы… спасали людей? — поинтересовался жрец, которому я попутно объяснила про ритуал Люгуса. — Мне казалось, пиратам это совершенно не свойственно.
Я сделала вид, что задумалась, затем подняла два когтистых пальца и показала ему:
— Примерно столько. И то, в первый раз нам щедро заплатили. Как деньгами, так и… ценным имуществом.
— А сейчас опасность угрожает вашему подчиненному. Смелый поступок, если не сказать большего.
— Мастер Ажой… один Лежизаль знает, почему вы так набиваетесь ко мне в друзья, но в оценке собственных действий не нуждаюсь. И в похвале тем более, — сухо заметила я. — Давайте сохраним тот прекрасный вариант деловых отношений, который сформировался до сего момента, и будем всеми силами его поддерживать.
— Да, старик, — крикнул Джад, с остервенением вбивая колья, — тебе здесь никто не доверяет!
— Не поддакивай!
Ажой замялся, однако, раздумывая над ответом, так и не сказал ни слова.
— Капитан, — задумчиво предложил Граф, — а давайте-ка разомнем кости.
Я усмехнулась:
— Забыл, как в прошлый раз пыль глотал?
— Прошлый раз — это прошлый раз, — поднял палец вверх мечник. — Сейчас, как мне кажется, я придумал тактику, позволяющую обороняться от ваших наступательных действий.
— Эта тактика называется «нормальное оружие». Если ты не перестанешь сражаться той оглоблей, которую держишь в руке, рано или поздно сложишь голову.
— Я проживу ровно столько, сколько мне позволит мастерство. Для этого надо постоянно тренироваться и совершенствоваться, — надменно ответил Граф. — Так что, беретесь одолеть меня в поединке?
— Велика сложность, — фыркнула я.
На самом деле, штука вот в чем. Когда мы только снюхались, я с легкостью одерживала верх в девяти поединках из десяти. Сказывались хорошее тело, рост, длинные руки и, как следствие, дистанция, занятия в отличной фехтовальной школе. Однако, чем дальше в лес, тем страшнее монстры. Сейчас я могу поставить на пять, от силы шесть выигранных боев, но не более того. Чувствую, что он все же приноровился к моей манере боя, а если б дрался всерьез, то и голову мог бы мне смахнуть.
Обвинять в том, что поддается, не рискну. Чересчур заинтересован он в победе, тем не менее, гордость мечника не позволяет ему применять различные уловки и даже сменить оружие для тренировочного боя. А вот мне стоило бы придумать что-нибудь новенькое. Менять стиль, что ли… я умею драться и глефой, и двумя мечами, но одним как-то привычнее и легче выходит.
