Вихри дремлющей силы поднялись вверх по его телу в мгновение ока — никто даже не успел предупредить, вообще, хоть как-то среагировать. Лицо Мухи посинело, во всяком случае, видимая его часть, он упал на землю, выгнулся всем телом, опоясанный только что извлеченной тьмой, и застыл в агонии.
Парень, ты думал, что все кончено? Ха.
— Найдите человека с телегой или хотя бы с носилками — пусть притащат его к постоялому двору, — велела я, ухмыльнувшись. — У меня есть опыт в устранении подобной напасти, есть еще один сверток с Когтями Серрата, да и практика никогда не помешает.
— Может, оставим его так? — рассудительно предложил старпом.
— Сдохнет. Жалко, — пояснила я, разводя руками. — Муха вроде как борется за идею, да и зеррана не прикончил. Хотя была у него такая возможность.
— Тогда почему бы побыстрее его не вылечить?
— Т-с-с. Торопиться не надо. Мне кажется, уважаемый мастер жрец хотел бы еще подольше задержаться на белом свете. А, учитывая его живучесть и умения, — с почтением подчеркнула я, — это будет весьма просто, если мы не станем подсовывать ему под нос тех ребят, которые спят и видят, как бы убивать темных жрецов сотнями.
— То есть, все же вылечишь? — уточнил Джад, запутавшийся в хитросплетениях фразы.
— Вылечу, — кивнула я. — Авось, где-то откликнется.
— У нас есть еще два часа, — глумливо сказал Ксамрий, в то же время бережно прижимая к себе ношу. — Кажется, именно столько я валялся на берегу нашей речушки.
— Тави-и, — позвал меня мечник, я повернула голову. Он рисовал круги возле лица.
М-да. Спасибо, дорогой. Что-то моя отличная память начала вдруг меня подводить. Или это называется «невнимательность»? Оглянувшись по сторонам, я торопливо набросила личину. Никого. Да и Холм, измученный ночными криками, наверняка только сейчас спокойно заснул: наблюдателей просто не осталось.
— Рыжий, демоны тебя раздери, здесь три целителя и один придурок, мешающий всем троим одновременно. Смекаешь? — с этими словами я вытолкала упирающегося боцмана за дверь.
— Откровенно говоря, я не совсем целитель, — мягко заметил Ажой.
— Да бросьте. Вы жрец, а это обязывает, — не согласилась я.
Он поучительно поднял палец вверх:
— Знание нескольких ритуалов и полноценное лекарское дело — совершенно разные вещи, юная леди.
Я поморщилась:
— Опять вы за свое.
Ксам сначала вообще никого не подпускал к сестре — сам обмыл ее худое, но красивое тело, сам принес еды, фруктов, кувшин свежего молока, даже разыскал где-то ночную рубашку. Боюсь, что просто стянул с ближайшей бельевой веревки. И только потом мы смогли добраться до подопечной. Посему мой благостный пинок под зад боцмана был не чем иным, как маленькой местью.
К счастью, состояние Узаны в данный момент далеко от смертельного. Она и в форме монстра-то особо при смерти не была, живенько так порвала нас троих. Джад, к слову, не залечил раны до конца, поэтому, когда на пути к постоялому двору он начал кашлять и хвататься за грудь, пришлось заняться им всерьез. Хоть не сдох, и на том спасибо.
Сестра боцмана теперь проживет еще много лет. Не прорицательница я, но эгоистично надеюсь, что она не будет ставить под угрозу здоровье и жизнь парня из моей команды. Несколько дней, чтобы оправиться, затем долгий путь в новый дом, под сенью замка Беккенберг. Здесь ее никто не оставит, уж поверьте.
В соседней комнате «выздоравливает» орденский пес по кличке Муха. И будет выздоравливать еще несколько дней, о чем трагично сообщил ему Ажой, а мы только поддакивали. Штука в том, что нам никак не выгодно выпускать его из постели, где он может решить — а чего это я слушаюсь злых пиратов, проще же их всех перерезать. И лысого мужика с его загадочными ритуалами, и ушастую серокожую капитаншу (вероятно, тоже тварь Ниста), и ее дружков.
Терзает мое сердце смутное чувство, что он может справиться с подобной задачей.
Потому болезнь его — наколдованная нами, тщательно замаскированная под обычную магическую слабость. Боцман после Когтей Серрата скакал юным козликом уже спустя пять минут, а здесь мы со скорбными лицами заключили, что ему еще валяться в постели декаду, а то и две. Пока затянется аура, через которую со свистом вылетает сила в мировое пространство, пока то, пока се…
Заодно, глядишь, взрастим высокое чувство благодарности. Хотя, по правде говоря, тут мы заранее квиты. Без него у нас ничего бы не получилось, а вот у него без нас — вполне, пусть и не так легко.
А пока пациентка спит, накрытая особым пологом тишины…
Мы пьянствуем.
Дверь закрыта, скважина залеплена хлебным мякишем, от внешнего мира компания авантюристов наконец отгородилась.
Ажой достал из огромного дорожного мешка увесистый бурдюк с какой-то настолько забористой дрянью, что после первой чаши я долго отплевывалась… однако без лишних раздумий проглотила вторую. Граф не отставал, а сам жрец опрокидывал кубки так лихо, будто эта жидкость давно заменила ему кровь. Странно, что я до сих пор не замечала за ним пристрастия к алкоголю. И тут такой номер…
