— Боюсь, не все так просто. Если я покажусь на улицах с любой женщиной, кроме твоей матери, газетчики тут же настрочат статью — мол, бывший дипломат меняет вкусы на нормальные. Наконец-то, свершилось. И все бы ничего, Тэйме посмеется да и забудет, а вот наши знакомые из Тайной Канцелярии насторожатся.
— Есть такая штука — «закрытый экипаж» называется, — хмыкнула я, отхлебывая из кубка. — Очень помогает, собственно, не показываться на улицах.
— Раз уж тебе так охота это услышать — я не совсем уверен в своих людях.
Что ж, напрочь меняет дело.
— А толку тогда от таких людей? — насмешливо спросила я.
— Если бы речь шла о работниках, связанных контрактом, тогда другое дело. А эти иногда выполняют для меня поручения, которые требуют молчания, особого доверия и пренебрежительного отношения к имперским законам.
Прелестное двуличие.
— Давай договоримся, что я больше не слышу дурных слов о моей команде. Сам набираешь каких-то бандитов, а на меня все шишки.
Отец катнул желваки по скулам, затем глубоко вдохнул и расслабленно выдохнул воздух, бросив всего одно короткое слово:
— Идет.
— Так вот… я создам иллюзию. Ручного демона в ошейнике. С вот такими…
— Тави! — укоризненно воскликнул он. Я усмехнулась:
— Ладно. Простоватый мужик-саррус в звериных шкурах. Пойдет?
— Уже лучше. Легенда тогда будет примерно такой — я ссужаю своего давнего знакомого деньгами, дабы тот приобрел у лучших умельцев оружие, равного которому не знал мир.
— Не слишком ли пафосно? — обеспокоенно спросила я, подливая в оба кубка еще вина. Вкусная пакость, жаль, что так мало. Бутылка уже наполовину пуста, а пью я, как лошадь. Нет, не фыркаю в процессе, но объемы схожи.
— Ни в коем случае. То, что я никогда не устану повторять: этот мир просто полон различными героями. И каждый спасает женщину, деревню, заблудших путешественников, детей, целые города…
— Королевства.
— Тут еще спорный вопрос. Глядишь, если на троне воссядет новый король вместо такого любимого старого, Рид Ойлему будет куда лучше, — возразил он, опуская меня с небес на землю.
— Все шло к междоусобице, пап. Я не уверена, что может быть еще хуже.
Отец с задумчивым видом пожал плечами:
— Значит, и в тебе что-то хорошее есть. Может, стоило отдать тебя в детстве к учителю танцев, а не на фехтование?
Я попыталась было пнуть его под столом, однако не дотянулась. Конечно, пнуть не просто так, а с большой долей любви и уважения — родитель все-таки.
Обычные зеркала никоим образом не показывают личины их носителю, тем не менее, если соответствующим образом заклясть зеркало или любую отражающую поверхность, все пройдет как нельзя лучше.
Я добрых полчаса уже крутилась перед зеркалом. На полчаса больше, чем обычно. В каюте у меня зеркал нет, в замке лишь одно, и то внизу, рядом с обеденным залом. Не люблю их, знаете ли. Однако сейчас надо и прочесть то самое заклинание, и позаботиться о том, чтоб иллюзия выглядела предельно убедительно.
Карий глаз, с небольшими морщинами в уголках. Разумеется, один-единственный. Темные, но не черные волосы, стрижены коротко, небрежно зачесаны назад, прижатые к черепу уши, крупные скулы, широкий нос, немного кривой. Вроде как след от перелома. Толстые губы, крупная челюсть. Нет, так не пойдет, я бессознательно скопировала Хога. Тонкие, поджатые губы. Подбородок широкий, выступающий вперед.
Одежда. Несмотря на то, что я остаюсь в столь удобном длиннополом кафтане из дорогой (естественно, награбленной) темно-красной ткани, сама сказала: «в звериных шкурах». Теперь отдувайся, Морская Ведьма.
Шерсть… черные демоны, мне и своей хватает, на спине и руках, а тут еще чужую подобрать надо. Кто у нас там в Ургахаде водится? Хотя он мог купить накидку и здесь… остановимся на мехе моргала. Стоит упомянуть, что моргал так назван не случайно. У него, единственного среди всех теплокровных животных Арн-Гессена, лишь одно моргало. Глаз, то есть.
Никакой мистики, вроде «Моргал был древним богом, и его тотемное животное назвали в честь…». Просто и со вкусом. Одно моргало. Я уже упоминала, что мне нравится традиция наименований в Ургахаде? Кстати, имя-то уважительное — буква «р» присутствует. Иначе бы звался одноглаз.
Шерсть серо-бурая, длинная, косматая. Сам моргал, кстати, похож на огромную крысу, которой невероятным образом присобачили — или прикрысили — голову большого ящера. Получившаяся зверюга обладает невероятно высокой живучестью, хваткой стального капкана и очень красивым мехом, что пользуется высоким спросом на юге империи. Устойчивость к холоду у него высокая.
Накидка, под ней простой кожаный жилет с полуоткрытой волосатой грудью, штаны с несколькими просторными карманами по бокам, подпоясанные кожаной полосой с большой защитной бляхой. На запястьях массивные браслеты из потускневшего металла, на пальце — золотой перстень с крохотным рубином. На поясе меч… хм, нет, не меч. Возьму боевую секиру или алебарду, чтоб не вызывать лишних мыслей о разыскиваемой мечнице. Безусловно, мечи тоже будут со мной, но скрытые фальшивым образом.
