Волногон только вошёл в раж гонок за орлами и побаивался, что хозяйка прикажет прекратить! А тут такое развлечение! Он в два прыжка доставил хозяйку на землю, почтительно опустил её в руки каких-то мальчишек, радостно её приветствовавших, а сам прыгнул вверх, не желая упускать ни мига забавы! Кони пинали комки перьев, в которые превратились орлы, пока те не начали попросту падать! Тогда каждому было придано соответствующее ускорение. И орлы с жалобными криками и воплями от боли и ужаса, едва удерживая себя в воздухе, полетели искать убежище.
Бурый, увидев, что Катерину жуткий конь не то что не обидел, а почтительнейше доставил на землю, кинулся к ней, Сивка, Воронко и Вихрь, перекликались с морскими конями, некоторое время, а потом быстренько опустились рядом с Катериной.
— Что происходит? — Степан с опаской коснулся плеча Катьки. С опаской, потому что вид у неё был тот ещё! На боку кровь, и прилично, на лице кровь, волосы мокрые, растрёпанные жутко, но самое неожиданное, это то, что она была в неприкрытом, яростном гневе!
— Сейчас орлам вломят как следует! — мрачно пообещала Катерина. Её вовсю обнюхивал Волк, и учуяв кровь, зверел с каждой секундой всё больше!
— Я сейчас сам их убью! Как они посмели! — прорычал он, страшно вздыбившись!
— Не стоит мешать и лезть под копыта морских жеребцов, — лениво усмехнулся полностью успокоившийся Баюн. — Как я понимаю, пернатые трусы не осмелились тебя убить сами, и решили скормить конькам?
— Точно! — ещё более мрачно подтвердила Катерина.
— А дальше? — поторопил её Кир, глядя как морские кони делают вид, что собираются преследовать орлов.
— А дальше, я вспомнила, чем можно укротить морских коней, — пожала плечами Катерина, тут же пожалев об этом, потому что бок ещё сильнее заболел. — Правда, сама не ожидала, что сумею на таком коне удержаться!
— Я думаю, тут ещё и генетическая память проснулась. Ну, что ты Катюша так смотришь? Куда вам деваться-то, если все ныне живущие в вашей стране, это потомки множества поколений, вынужденных отчаянно сражаться за жизнь и свободу от иноземцев? Если уж совсем всё плохо, такие неожиданные качества могут проснуться, откуда что и берется…
— Да уж, я и не поняла, откуда, — осторожно кивнула Катерина, опасаясь делать резкие движения. — А оно от прадедов…
— Радость моя, у тебя и прапрабабки очень даже успешно отбивались от турок, когда мужья в походах были, — рассмеялся Баюн. — Я же говорю, у вас долго запрягают, едут быстро. Если уж доведут, мало никому не покажется, вот и орлы наши, кажется, это уже осознали. Ааа, коньки возвращаются.
Катерина придерживала волчий загривок, чтобы понадежнее держаться на ногах, и спокойно ожидала, когда приблизятся морские кони.
— Хозяйка, мы выполнили твой приказ! — Волногон склонил голову почти к ногам Катерины. — Что ты прикажешь нам теперь?
— Внимательно посмотрите на тех, кого вы тут видите. Каждого запомнить! Ни в коем случае не нападать! Напротив, если кто-то из моих близких в беде, вы должны помочь. Это понятно?
— Да, да, — кони отлично это понимали, закивали головами, взметнулись смоляные гривы.
— И! Внимание! Людей не жрать!
— Ээээ… Совсем нельзя? — расстроился Прибой.
— Совсем! — Катерина грозно сдвинула брови, надеясь, что никому не видно, что у неё уже колени трясутся как желе.
— А хоть свининку можно? — Буревест осознавал, что с хозяйкой не поспоришь, но мясо любил очень.
— Можно, — сил спорить с упрямыми копытными у Катерины оставалось всё меньше. — Как я могу вас вызвать, если вы мне понадобитесь?
— Ты знаешь наши имена. Просто позови. — почтительно ответил Волногон.
Катерина вдруг представила, что случайно называет имя одного из коней и ей на голову валится вот эта развесёлая компания. И покачала головой. — Нет, сделаем по-другому. Если вы мне будете нужны я скажу так:
Кони вдруг замерли, гривы вздыбились, в их глазах вспыхнул было и погас диковатый синий огонь.
— Хозяйка, так ты… Это ты сказочница? — несмело уточнил Прибой, раздувая ноздри и принюхиваясь.
— Да, — Катерина не очень понимал, что это опять с ними приключилось и мечтала только о том, что бы они наконец убрались в своё море и дали ей уже передохнуть. Кроме того, бок уже болел просто неприлично сильно!
А эти морские оболтусы вдруг начали выплясывать что-то невероятное. Прыжки и взлёты в воздух, струящиеся хвосты и гривы. Красиво и, чего уж там, страшновато, когда такая силища, как стихия, бушует рядом.
— Мы счастливы, что ты наша хозяйка! — пояснил, наконец, Волногон. — Но, получается, что орлы об этом не знали? — вдруг озадачился он.
— Знали отлично. — кивнул головой Баюн. — Сами не решились её убить, вам кинули.
От гневного ржания и топанья коней, Катерина и вовсе с трудом на ногах удержалась было ощущение, что она рядом с очень бурным морем. — Штормит прямо! — подумала она.
