Вот над ответом на этот вопрос я очень долго думала. Не в данный момент, а последние недели, но, к моему огромному огорчению, так и не придумала, как эту новость правильно любимому преподнести. И сейчас замялась, улыбнулась глупо.
— Он… при должности.
— О, Сань, ты слышишь? В Администрации города, что ли?
— Ну… в каком-то смысле.
Емельянов подозрительно прищурился.
— Ты врёшь, да?
— Нет, — слишком поспешно воскликнула я. Но добавила тише: — Только немного недоговариваю.
— Таня, — начал он.
Я переводила взгляд с любимого на наших гостей, все смотрели на меня с любопытством, ожидая ответа, и я, в итоге, сдалась.
— Мой папа главный прокурор области.
Повисла тишина, Сашка поначалу упёр в меня тяжёлый взгляд, затем странно повёл шеей. Василиса откинулась на спинку стула, посмотрела на мужчин и закусила губу, скрывая улыбку. Генка же нервно хохотнул, отложил вилку. Подбородок рукой потёр.
— Савенков?
Я коротко кивнула.
— И ты молчала? — ухнул Емельянов, я рот открыла, не зная, что сказать, а вот Василиса на Сашку шикнула.
— Ребёнка мне напугаешь. — Поднялась и вышла с Евой на руках на веранду. Но заглядывала на кухню, не в силах сдержать любопытства.
— Называется: приехали, — проговорил Завьялов, усмехаясь и кидая на друга косые взгляды. Сашка же стремительно наливался краснотой. И из-за этого я решила возмутиться.
— А что тебе мой папа? Ты же не киллер и не террорист!
— Ну, вообще-то, о таких вещах говорят, Таня!
— Не знаю, — проговорила я в сторону, — я по своему жизненному опыту знаю, что об этом лучше в начале промолчать.
Сашка залпом допил вино. Поставил пустой бокал на стол, задумчиво шмыгнул носом.
— Ты ему про меня рассказывала?
— Имя не называла, — призналась я, тем самым соглашаясь с его мыслями и выводами.
— Отлично, — буркнул Емельянов, — представляю себе эту встречу родственников.
Я насторожилась.
— А в чём дело? У тебя проблемы?
Генка, гад, захохотал, а Сашка люто глянул на меня.
— Нет у меня проблем! Но, чувствую, будут. Прямо нутром чую.
Я обиделась за отца.
— Мой папа не зверь. Он очень порядочный, добрый, весёлый и мягкий человек.
Генка в задумчивости покивал, соглашаясь со мной.
— Да, я его именно таким и знаю. И не только я.
Я подбородок рукой подпёрла, окончательно приуныв. Если честно, я тоже ничего хорошего от субботней встречи, если она состоится, конечно, не ждала.
Мы молчали, только Завьялов время от времени чуть слышно фыркал. А потом спросил:
— Ирина Алексеевна как поживает?
Я поглядела сначала в один угол кухни, потом в другой. Кивнула.
— Хорошо.
— Да, она как службу оставила, скучновато в городе стало. Она нас в тонусе держала. — Генка кулаком в воздухе потряс, а встретив мой взгляд, снова развеселился. — Я думал, что у меня тёща — не приведи никому Господь, а у тебя, Санёк, дело вообще труба. Что-что, а допрашивать Ирина Алексеевна умеет. А тесть ещё и ордер на обыск подпишет. А то и на арест.
Я после этой тирады только рот открыла, не зная, как реагировать, но хуже всего было от того, что сама понимала — я боялась именно того, о чем Генка с такой уверенностью говорит, поэтому и тянула, не знакомила Сашку с родителями, и ему ничего не говорила. Кому как не мне знать, как мои родители умеют выуживать из людей нужную информацию? Даже из собственных дочерей.
После ухода гостей мы с Сашкой долго молчали. Я убирала со стола, мыла посуду и думала о том, как теперь будут строиться наши с Емельяновым отношения. Я ведь всё прекрасно понимала. Даже если Сашка и не влез с головой в дела Филина, то у него всё равно могут быть основания держаться от милицейских чинов такого ранга подальше. И ещё неизвестно, как мои родители отреагируют на имя нового возлюбленного дочери. Если честно, я сильно переживала.
Домыв посуду, вышла на веранду и села на диван. Руки сцепила и стала смотреть на верхушки яблонь, что шелестели на ветру. Как мне показалось, долго сидела. Сашка, в конце концов, из дома вышел, ничего не сказал, просто присел рядом со мной. А я губу закусила, сходя с ума от того, что он молчит.
— Скажи мне, тебе есть чего бояться? Только правду, Саш.
— Глупости не говори.
Я повернулась к нему.
— Какие у тебя дела с Филином?
— Такие же, как и у тебя. Ты ведь тоже на него работаешь, забыла?
Я прерывисто вздохнула.
— Да, конечно.
— Родители расспрашивали тебя о нём?
Я удивилась.
— Нет.
— Точно?
— Саш!
— Не расспрашивали — и хорошо. Странно, что всё это только сейчас выяснилось. Хотя… — Он усмехнулся, а я насторожилась.
— Что?
— Думаю, Кирилл отлично знает, чья ты дочь.
Я почему-то испугалась.
— Думаешь?
— Уверен. Просто не сказал никому.
— Почему?
Емельянов поднял руку и коснулся моих волос.
— Не пугайся ты так. Кирилл не бандит. Сейчас, вообще, другие времена. Наверное, ему даже на руку то, что ты на него работаешь в данный момент. Это показатель того, что его положение в городе изменилось. Раз даже твои родители не против твоего участия в его проекте.
Я смогла вдохнуть свободнее.
— Да, наверное. Они ведь мне ничего не говорили, ни слова…
— Вот видишь. Беспокоиться не о чем.
— Я о себе и не беспокоюсь. Я тебе вопрос задала.
