Закусив губу, я наблюдала, как он опустился к моим бедрам, и в следующее мгновение ощутила, что мои ноги раздвигают еще шире, раскрывая меня полностью. Я задыхалась и готова была зарыдать от стыда, но когда уже знакомые мне губы и язык ворвались туда, где все пылало, мысли словно отстреленные птицы шуганули в пропасть сознания, заставляя меня погрузиться в блаженство.
Мне было щекотно, но безумно приятно. Волны различных ощущений накатывали и уходили, а тело будто сумасшедшее выгибалось в спине, норовя приблизиться ко рту Тао еще плотнее.
Все грани разума стерлись, я не контролировала ровным счетом ни одного движения. Лишь тело вопило о желаемой разрядке, прижимаясь к сильному телу мужчины, что дарил мне непередаваемые ощущения. Когда он поравнялся со мной, его губы накрыли мой правый сосок, слегка оттягивая его зубами и доставляя очередную усладу, руки исследовали каждый участок кожи, а спустя пару минут директор все-таки избавился и от своей одежды.
Между нами больше не было преград, и меньше всего я думала о разного рода проблемах, о чувствах и разных социальных статусах. Забыла о том, что он убийца и психологически болен, забыла обо всем. Мной руководили нежность и необузданные, почти звериные инстинкты, потому что я не могла укротить их, они бурлили и росли, превращая меня в одно жаждущее существо, находящееся на грани срыва.
Трение между нашими телами усилилось, и, когда я готова была умолять о большем, Тао вошел в меня так грубо и сильно, что наши тела сместились вверх. Кажется, он еле сдерживался, пот струился по его лицу, глаза затянуло пеленой желания, губы кусали сами себя, и, чтобы избавить их от такого мучения, я, приподнявшись, и игнорируя резкие движения мужчины, с силой поцеловала его, захватывая мягкие губы, принимая настойчивый язык. Да, я хотела именно этого. Хотела принадлежать ему, быть с ним, покориться, отдать себя полностью, без остатка.
Уверена, что он тоже этого хотел.
Маленькое пространство заполнилось громкими стонами, все, что было вокруг, исчезло, а яркие сполохи ворвались в тела, будоража и разнося по крови адреналин. Кожа была горячей и влажной от пота, волосы рассыпались вокруг, и, когда Тао с сытым выражением лица примостил голову на моей груди, сердце, снова проснувшись, заколотилось от волнения. Ну вот, все случилось, а я все еще нервничаю как малолетка.
Может, директор заметил это, а может, по какой-то другой причине подался вперед. Рукой он вдруг отделил прядь моих волос и, намотав их на кулак, поднес к губам, мимолетно целуя. Я удивленно посмотрела на него и услышала, как хрипло он произнес:
- Я хочу свести ее…
- Что? – непонимающе уставилась на мужчину, чувствуя, что вторая его ладонь с новой настойчивостью заскользила по моему бедру.
- Я сведу ее, - Тао открыл глаза и внимательно посмотрел на меня со странно серьезным выражением лица. – Твою татуировку. Я сведу ее, и ты будешь только моей.
Я забыла, как дышать. Тихий светлый восторг сонно потянулся и задумал проникнуть в сознание. Сердце недоверчиво замерло пару раз, размышляя, бросаться ли ему в этот омут или еще немножечко постоять у края, дожидаясь лучших времен? Как последний листочек, падающий с оголенного дерева, желтый и отживший свое… Но ведь его слова, скорее всего, обозначали другое? Начало чего-то нового, пугающего, но сладкого и несомненно вызывающего эпическую привязанность.
- Я и так только твоя, - выдохнули мои губы, и тогда мир взорвался, потому что ни с чем другим я не могла сравнить то чувство, когда очередной поцелуй заглушил конец моей фразы. И он был совсем другим, не похожим на все предыдущие, ведь что-то изменилось, и мне это определенно нравилось.
========== Глава 16 ==========
Я бьюсь больною птицей-феникс в поиске огня, ломает голод, что ломает меня.
Но в исступлении дней я пойму как это быть без неё, чтобы снова быть с ней…
У каждого представление о любви свое, а я вот пыталась отыскать внутри себя мое собственное отражение этого необычного чувства. Глядя на спящего Тао, я испытывала противоречивые чувства и терялась в догадках, как поступить будет правильнее всего. Улыбнуться и сказать: «Доброе утро, милый!» или надуть губы и недовольно пробурчать: «Вставайте, а то проспите весь день»? В любом из вариантов я бы выглядела как идиотка, поэтому, решив оставить все на волю судьбы, молча натянула свою одежду, стараясь не разбудить директора, и тихонько выскользнула из палатки.
