Акт любви Божией создал человека. Акт амбиций разных людей, под определёнными обстоятельствами, ещё до войны и в после военное время создал воровскую идею. Господь с любовью прощает, с ней же и судит. Одинаково судит за грех, не навешивая ярлыков. Ценности материнства, отцовства, мира взаимоотношений между людьми, ценности мужества, умеющего сказать, даже обидчику – «Прости меня», ценность сострадания к врагу, потому что он тоже человек! Важнее всего этого! Жизнь, которая бьётся в каждом человеческом сердце, имеет больше значимости, чем любые идеи созданные людьми. За эту жизнь и пострадал Христос! Эта единственная идея, за которую стоило и стоит страдать…
Как-то ещё задолго до своего ареста, я видел в интернете интервью вора Ромы «Ёжика», в котором он рассказывал о своей жизни и о том, как пришёл к Богу. Его рассказ был очень интересным и я хорошо запомнил его. Особенно впечатлило то, что человек, проведя больше 20-ти лет за решёткой, придя к Богу оставил всё, что связывало его с криминальным миром, устроился на работу в детский сад заместителем директора, впервые встретил женщину которую полюбил и был просто счастлив всем, что Бог дал ему в жизни! Спустя время, когда я уже сидел в Старом Осколе, то слышал о нём, что он приезжал в Белгород, и когда братва встречала его, то он говорил: «Всё это мне больше не нужно, я с Христом»!
Глава 22
Подъезжая к Симферополю, я немного волновался из-за осознания того, что я уже почти дома. Но мой родной город не Симферополь, а Белогорск, который находится в 45 км от него, и мысль о том, что я уже совсем близко от него, заставляла меня испытывать волнение ещё больше.
Войдя в камеру, меня встретил парень невысокого роста, очень крепкий физически – звали его А. Увидев его, я подумал, как же питается этот человек, что сидя в тюрьме, умудряется поддерживать такую физическую форму. Но в симферопольском централе возможность хорошо кушать была. Мы довольно скоро подружились. Он был мусульманин и много интересовался спортом, поэтому мы часто общались на эти темы, обсуждая Коран и Библию, рассуждая о великих мировых боксёрах. В дальнейшем, мы вместе выходили на прогулочные дворики и боксировали вдвоём. Иногда я замечал, что, находясь в камере, буквально из-за какой-то мелочи, он мог выйти из себя и сорваться на кого-то из ребят. После очередной тренировки, во время отдыха, я как-то спросил его: «Тебе тяжело сдерживать гнев в ситуациях, которые даже незначительно напрягают тебя?», – на что он ответил – «Да! Когда появляется какой-то раздражитель, я словно срываюсь с цепи и с трудом контролирую себя. Видя, что ты тоже верующий человек и молишься, я знал, что ты поймёшь, что это бес меня так искушает и бывает, что я срываюсь на ребят, хотя где-то этого можно и избежать». Он был очень целеустремлен и хотел сделать все, чтобы выйдя на свободу, смог выступать по боксу во что бы то ни стало… Позже, когда я был уже на свободе, а он всё еще оставался в тюрьме, я написал ему письмо, в котором говорил о стремлении человека к своим целям.
Стремление к цели
