Все это заняло не больше пяти секунд.
Но крик трактирщика и вид лёгкой, на их взгляд, наживы уже сделали своё дело. Из-за столов, с рёвом и криками, начали подниматься другие «охотники за удачей». Я насчитал тринадцать человек. Разномастная толпа, вооружённая кто чем, от ножей и дубин до коротких мечей.
Я бросил быстрый взгляд по сторонам. Орки и эльф, сидевшие за своими столами, и не думали вмешиваться. Это была чисто человеческая разборка, и они, похоже, решили насладиться представлением. Их можно было понять.
Толпа сжимала кольцо. Я потянулся к клевцу и стал готовиться к серьёзной драке.
И тут раздался оглушительный рёв, перекрывший все остальные крики:
— ЗА АЛТАРИ И ОЧАГИ!
Двое воинов, сидевших до этого в самом тёмном углу, вскочили на ноги. Это были гномы. Но какие гномы! Невероятно высокие и широкоплечие даже для своей расы, они были похожи на двух оживших гранитных идолов. Их бороды были заплетены в толстые косы, а руки были толщиной с мои ноги. Не раздумывая ни секунды, они схватили тяжёлые дубовые лавки, за которыми сидели, и с этим импровизированным оружием бросились мне на помощь.
Первый гном, размахнувшись, снёс своей лавкой сразу троих нападавших, отправив их в полёт через весь зал. Второй действовал не менее эффективно, работая лавкой как тараном, прокладывая себе дорогу в толпе.
Их появление внесло сумятицу в ряды атакующих. Они явно не ожидали такого подкрепления. Драка превратилась в хаотичную свалку. Я, гномы, и тринадцать головорезов. Короткая, жестокая и невероятно эффективная бойня. Я работал кастетом, гномы — кулаками и мебелью. Через тридцать секунд всё было кончено. На полу вповалку лежали стонущие и матерящиеся нападавшие. Зал выглядел так, будто по нему пронёсся ураган.
В наступившей тишине, нарушаемой лишь стонами поверженных, я выпрямился и отряхнул руки. Гномы, тяжело дыша, опустили свои дубовые «дубинки» и встали по обе стороны от меня, мрачно оглядывая поле боя. Они выглядели как два разъярённых медведя, защищающих своего союзника.
И в этот момент трактирщик решил сделать свой последний ход.
Он выскочил из-за стойки, и в его трясущихся руках был тяжёлый, заряженный арбалет. Он целился мне прямо в грудь. Расстояние было минимальным, шагов пять, не больше. Промахнуться было невозможно.
— С-с-стой, где стоишь, выродок! — прошипел он, его лицо исказилось от страха и ярости. — Ещё шаг, и я прошью тебя, как поросёнка!
В зале снова воцарилась гробовая тишина. Даже раненые затихли. Гномы напряглись, готовые броситься вперёд, но я остановил их лёгким движением руки.
Я посмотрел на трактирщика. В его глазах плескался ужас, но палец уже лежал на спусковом крючке. Он был напуган до смерти, а напуганный человек с оружием самый опасный противник.
Я знал, что под моей простой кожаной курткой — древний чешуйчатый доспех, подарок Анаи. Его прочность проверяли и не раз, орочьи копья и стрелы. И любой удар он держал достойно. Полагаю, что арбалетный болт он тоже удержит. Наверное. В любом случае отступать или пытаться увернуться было поздно.
Я усмехнулся.
— Валяй, — сказал я и сделал резкий, вызывающий шаг вперёд.
Глаза трактирщика расширились от удивления и страха. Он нажал на спуск.
Щелчок. Свист. И резкий, лязгающий удар в грудь.
Меня будто лягнуло в грудь, но я устоял на ногах. Я опустил взгляд. Арбалетный болт, застряв, и опустив конец, торчал из моей дорожной куртки. Он пробил её толстую кожу, но застрял в чешуйках доспеха, не причинив мне особого вреда, может только синяк новый появился.
Я медленно поднял глаза на трактирщика.
Выражение его лица стоило всех денег, что есть на моём вкладе в гномьем банке. Ужас. Абсолютный, животный ужас. Он смотрел на меня, как на призрака. Его челюсть отвисла, арбалет выпал из ослабевших рук и с грохотом ударился о пол.
Я сделал ещё один шаг. Потом ещё. В три шага я оказался рядом с ним.
— Моя очередь, — сказал я и, схватив его за шиворот, одним движением вытащил из-за стойки, как нашкодившего кота. Он был тяжёлым, но адреналин и остатки боевого ража делали его почти невесомым. Я вытащил его на стойку и встряхнул.
Орки, эльф и прочие нелюди, до этого с интересом наблюдавшие за представлением, одобрительно загудели. Похоже, развязка им понравилась.
Я держал трясущегося трактирщика, глядя ему прямо в его испуганные поросячьи глазки.
— Ты знаешь, кого пытался убить, приятель? — спросил я ледяным тоном. Он замычал что-то нечленораздельное. — Я рыцарь. Ты только что пытался убить рыцаря. И подговорил к этому вот этих бедолаг, — я кивнул в сторону стонущих на полу головорезов. — Знаешь, что за это полагается по законам королевства Маэн? Казнь. Через повешение. Для тебя и для всех, кто поднял на меня руку.
Паника на лицах побитых наёмников сменилась откровенным ужасом. Они попали. Попали очень крепко. Нападение на простого путника, тем более им сказали, что я преступник в розыске — это одно. Нападение на рыцаря, представителя правящего класса — совсем другое.
