Для начала я, устроившись в углу общего комнаты, поговорил с гномами.
Они были неместными и что характерно, беженцами с Туманных гор Оша, которые попались на пьяной драке.
— Вообще-то вам есть куда возвращаться, королевство короля Фольктрима активно восстанавливается.
— Вы хотели сказать, короля Хальдора, господин хороший? — недоверчиво переспросил один из гномов.
— Нет, старый король пал в сражении, теперь в Туманных горах новый правитель и это совершенно достоверная новость, потому что я присутствовал и при смерти старого правителя и восхождении нового, — я недвусмысленно показал на свой знак, и они почтительно присвистнули.
— Я предлагаю вам временно присоединится к общине гномов, активно помочь в обороне, может, заработать пару монет, у них нынче большой заказ на оружие.
— Свобода и деньги? В чём подвох?
— Мне нужны каждые руки, способные держать топор. От этой войны вы не сбежите, как от войны в Туманных горах Оша, — я намекнул им на то, что, перед тем как стать беженцами, они бросили свой край, сбежав от войны.
У одного из гномов заиграли желваки и, кажется, он был готов кинуть по-гномьи острых и обидных слов, потому что многие гномы вспыльчивы и упрямы как демоны, но второй крепко сжал его плечо.
— Мы принимаем Ваши слова, человек Рос, как заслуженный упрёк.
— Но сейчас вы можете отыграть всё обратно. Если согласны на сделку, идите и работайте, деритесь, покажите себя. А как поступить дальше, остаться тут или вернуться в Туманные горы, решайте сами, в этом суть свободы.
Гномы синхронно кивнули.
— Мы согласны, друг.
Я повернулся к Погорелу, который держал дистанцию, позволяющую мне общаться с представителями подгорного племени, но весь разговор безусловно, слышал.
— Понял, этих тоже отпускаем.
Погорел забрал у меня гномов на своё экспресс-освобождение и направил ко мне одетого как оборванец эльфа.
— Ты эльф?
— А ты наблюдателен, человек. Не хочешь в картишки перекинуться? — блеснул белозубой улыбкой бродяга.
— Шулер, что ли? — у меня не было никаких сведений о заключённых, но вывод напрашивался сам собой.
— Мне просто пару раз повезло в карты, — надулся эльф. — Это не было поводом меня бить и кидать в каталажку.
Я хохотнул.
— Давай договоримся до того, что в карты или вообще какие-то другие азартные игры мы с тобой играть не будем. Но кое-что могу предложить.
— Что же? — устало вздохнул он.
— Давай с начала. Я сэр Рос. Как тебя зовут?
— Фаэнно-Шэй-Ллукаш. Ты можешь звать меня Фаэн.
— Хм, — ухмыльнулся я. — Ночной ветер, дующий над таинственными холмами, если не ошибаюсь.
— Ты умеешь говорить на языке вечных? — теперь в глазах эльфа было искреннее удивление.
— Знаю классический диалект, — уклончиво ответил я. — Стрелять умеешь?
— Почему раз эльф, так сразу лучник и любитель пострелять? — закатил глаза он.
— Это не ответ.
— Ну да, умею и что?
— И то, что твой навык объегоривать людей в азартных играх не ценен, не в духе эпохи. А вот пустить стрелу с сотни метров в голову врага — это очень модный навык.
— Ну допустим. И что же?
— Могу предложить тебе амнистию в обмен на участие в обороне города.
— В котором меня побили и кинули в тюрьму⁈
— За то, что ты мухлевал в карты.
— Да мне просто повезло!
— Решай сам, Фаэн. Сделка как сделка. Сильно сомневаюсь, что ты великий воин, к тому же по хитрой роже видно, что постараешься свинтить, как только представится возможным.
Эльф откинул волосы назад и сложил ладони словно ловил капли дождя.
— Итак, человек Рос, я помогаю тебе защитить этого город после чего свободен, как степной ветер?
— Да, сделка такая.
— Хорошо, — легко согласился он, а за моей спиной синхронно вздохнули Гаскер и Погорел. Вероятно, они верили в честность эльфа меньше чем в девственность портовой шлюхи, но в деликатности своей, промолчали. Почти промолчали.
Я пообщался с половиной рекомендованных Погорелом людей и отпустил всех на тех же условиях. Они получают прощение старых грехов, но должны себя показать в бою.
Погорел дал мне журнал, где я расписался в том, что все амнистии выполнены по моему, как временного главы региона, лорда-протектора, указанию. Дата, подпись.
— Мы их, конечно, отпустили и по мне они, как дети малые, — Погорел искренне переживал за своих подопечных, — но на свободе они могут оказаться весьма неблагонадёжными типами.
— В такие времена сомнительные типы часто становятся героями, — философски заметил я. — А герои иногда оказываются трусами.
Уходя из тюрьмы, которая от моего посещения наполовину опустела, я думал о том, что в других местах такая массовая амнистия привела бы к всплеску преступности.
Посмотрим, как они себя покажут в ближайшее время.
После заключения союзов с гномами и орками, мне нужно было обойти остальных потенциальных союзников в городе. Время поджимало, до вечера враг мог быть у стен, а я всё ещё собирал ресурсы по крохам.
На этой стадии меня нагнал мэр Тибо, который сменил меня вместо сопровождающего Гаскера, а тот отправился готовить своих парней к сражению.
— Теперь идем к сектантам, — сказал я Тибо, когда мы покинули район тюрьмы.
