Я осознанно не спрашивал про боевые характеристики скелетов, потому что понимал, если Фомир пришёл сюда с двумя другими магами и скелеты их положили, то я драться не спешил. Скелеты не чувствительны к боли, не истекают кровью, а их физическая прочность зависела от магии, которой тут полно. К тому же у них численное преимущество. Способ пободаться со скелетами должен быть другой.
— Ну, магии нужно время, это тебе не вода. Надо пробовать, как быстро она заполнит опустевшее пространство.
— Уже что-то. Я так понял, есть артефакты, поглощающие магию?
— Ну, — почесал подбородок Фомир, — Давай мы отсюда пойдём? Я лучше буду думать.
— Ладно, пошли.
И мы пошли обратно, неспешно, но теперь я требовал с него пояснений и задавал вопросы касательно магии.
— Рассказывай самый дешёвый способ поглотить магию, — напирал я.
— Ну смотри, герцог. Если у тебя есть место силы, откуда магия плещет, как водичка из ключа, ты приходишь туда с напитываемым артефактом, на худой конец, с загутай-камнем. И напитываешь их.
— Что за «камень»?
— Это просто минерал, не особенно прочный и не красивый, но он впитывает магию, как губка воду, — машинально ответил он. — Но, чтобы осушить болота его понадобилась бы целая гора, буквально. И притом, загутай-камень не меняет природу магии, у тебя будет гора камней, напитанных магией ненависти и смерти. Что ты с ней будешь делать?
— Гора мне не нужна. Где взять такой камень?
— Купить, само собой, он не является чем-то редким или ценным.
— Что нужно, чтобы он начал напитываться?
— Просто положи его и он сам впитает магию.
— И быстро?
— Пара дней.
— Херня идея. Надо быстрее.
— Ну, блин, тогда тебе надо начертить пентаграмму, или иную напитывающую звезду, созданную магом, ведьмой или каллиграфом. Есть звёзды, которые тянут энергию, как клещ кровь.
— Допустим. Ты умеешь такую штуку чертить?
Фомир выставил вперёд руки и показал, что они у него дрожат, то есть ровные линии — это вообще не его сильная сторона.
— Алкаш, — проворчал я.
— Но-но, это у меня с детства, семейная особенность!
— А какая нужна фигура? У тебя есть книги по магии?
— Нет у меня книг. Книги мы тут, кстати тоже искали. Знания бесценны.
— Согласен, бесценны. Значит, если начертить магическую звезду и положить в центр загутай-камень, он напитается. Большой камень?
— Не особенно, камушек размером с фалангу пальца может впитать гору энергии, но загутай-камень — штука нестабильная и одноразовая, поэтому он не особенно ценится. Но для разовых ритуалов так и делают. Делаешь пентаграмму, помещаешь в ней предмет воздействия и колдуешь. Или поглотитель, он напитывается. Ритуалом можно попробовать поменять природу магии.
— Что такое «природа магии»?
— Ну, магия — это тебе не вода, вернее, вода тоже разная. Магия заведомо напитана своей школой магии, как след от зверя, как стиль художника.
— В этом месте поподробнее, какие есть школы магии?
— Зачем тебе? Их много, самые распространённые — это по стихиям, вода, огонь, земля, воздух. Есть ментальная магия, некротическая школа, магия жизни и противовес её — магия смерти, магия иллюзий, это кстати моя специализация, пространственная, символьная вроде гномьей рунической.
— Не пойму, ты так рассуждаешь, будто определённой классификации нет?
— Нет, ты можешь хоть свою школу магии создать. Наполнение и методика будет разной.
— Понял. Но магия как эмоция, если она злая, то загутай-камень будет злым?
— Да, злым, на благое дело ты его не пустишь, это точно. Если истолчёшь такой камень и посыплешь порошком соседский огород, там сто лет не будет расти пшеница. Потому что зло не будет её пускать.
— Любопытно. А кто может управлять магией?
— Есть большое различие между магами, жрецами, ведьмами и шаманами.
— Можешь не объяснять, мне один знакомый в замке Берден Кош раскладывал на пальцах.
— Да? Ну хоть что-то ты знаешь.
— Я не маг, Фомир, я рыцарь, меня всё это интересует с практической точки зрения. А можешь ты набрать учеников и обучить?
— Книги нужны, ритуал посвящения нужен.
— Что такое посвящение?
— Блин, всё тебе интересно!
— Я создаю армию, маг, поэтому да, мне всё интересно. Рассказывай, как штампуют магов.
— Ну, видишь ли, у многих представителей благородных семей есть магическое зерно с рождения. Однако после того, как боги решили, что маги не могут править, магию в классическом смысле не развивают. Можно посвятить себя богам и тогда ты дворянин-жрец. Можно магию контроля, чтобы править, но всё чаще рыцари развивают природную силу, скорость, точность. Это усиливает их как воинов.
— Знаю такое, — я вспомнил про Мейнарда.
— Дворянин может даже стать героем, на которого обратят внимание боги.
— И про такое слышал, — неопределённо ответил я.
— Но нам, магам, — продолжил он, — Приходится питаться объедками. Маги-вербовщики странствуют и высматривают среди крестьян и бедноты тех, у кого есть скромные ничтожные задатки. Они покупают таких детей у родителей и везут в школы орденов. Там таких детей учат.
— И они становятся магами?
