— Вообще-то одна десятая их часть. Чтобы проявить в них магию их подвергают испытаниям, от которых они либо становятся сильнее, либо умирают, причём чаще второе. Учёба требует кучу сил, денег, плюс питание, зарплата педагогам, дорогие артефакты и сырье, поэтому любой маг должен своему клану до гробовой доски.
— Поэтому твой клан на тебя зол?
— Из-за этого тоже. Ты вкладываешь в дарование силы, деньги, артефакты, проводишь ритуалы…
— Которые его могут убить.
— А он сбегает от тебя, — проигноривал колкость он. — Обидно.
— Значит, за тобой будут гоняться? — я прикинул, что проблемы в лице мстящих колдунов — это плохо.
— Не будут, я слабый маг и ценности для них не представляю. Гордыня требует, чтобы я сказал иначе, но это именно так. Я не ценен, а моя специализация — иллюзии, тоже больше подходят для зарабатывания денег на праздниках, чем для чего-то серьёзного. Но я тебя предупреждал.
— А артефакты… Ты же за ними гоняешься? Как они сочетаются с твоей магией?
— Никак. Это ведьминский метод. Я же маг? Я способен чувствовать артефакт и управлять им, если только он не слишком для меня силён. Я буду применять магию артефакта, считай, чужую.
— Как ведьмы, которые пользуются силой ритуалов и артефактов? — блеснул знаниями я.
— Да. Такое среди магов считается позорным, надо десятилетиями развивать собственную силу, каналы и прочее. Тренироваться, наращивать запасы маны в каналах. А просто схватить посох и кидать молнии — это стыдно. Но я-то уже и так изгнанник. К тому же, это крупные королевства такие щепетильные, а всякие вольные приморские города, орочьи торговые республики — тем плевать, умеешь геморрой лечить, проживёшь в сытости. А на то, что твои коллеги будут в твою сторону плевать, можно не обращать внимание.
— Понял. Вернёмся к вопросу о Фомире-педагоге. Ты можешь набрать учеников?
— Нужны деньги на выкуп детей. Где их взять? Опять-таки дети с магическим зерном штука редкая.
— А если не дети, а подростки?
— Они не будут пластичны, плохо обучаемы.
— Но пару фокусов навесить на них можно?
— Герцог Рос, куда ты клонишь?
— Мне нужны боевые маги. Мне нужна армия. Вот я и перебираю варианты.
До темноты мы не смогли покинуть пределы болот, но Фомир уверил меня, что тут, на окраине топей, вполне безопасно.
Мы заночевали в руинах квадратного каменного строения без крыши, где за стенами вовсю надрывались в кваканьи лягушки.
Несмотря на то, что Фомир плохо контролировал свою магию, он смог прогнать комаров, пока я развёл костёр.
Утром, плохо выспавшись и наспех позавтракав подогретыми на углях лепёшками и водой из моей фляги (фляга Фомира была пуста и там явно была не вода), мы вышли из болот и добрались до фермы. Расположенной на краю владений Бинндаль, хозяин которой согласился за небольшую оплату довезти нас до города, чтобы не топать несколько лиг по дорогам.
Но в городе я не дал магу отдохнуть, хотя он ныл и просился в таверну.
…
— На кой чёрт мы лезем в эту дыру? — проворчал Фомир, ёжась и глубже запахивая свой потрёпанный плащ. — Я, конечно, не ценитель свежего воздуха и солнечного света, но даже для меня это перебор. Здесь пахнет так, будто кто-то умер, а потом его стошнило.
Я проигнорировал его нытьё, продолжая пробираться по узкому, заваленному мусором переулку. Бинндаль и в лучших своих проявлениях не походил на курорт, но этот его район, известный как «Гоблинская яма», был настоящей клоакой. Кривые, вросшие в землю хибары, казалось, поддерживали друг друга, чтобы окончательно не рухнуть в грязь. Воздух был густым, пропитанным запахами гнили, дешёвого пойла и чего-то неуловимо-кислого, что я предпочитал не идентифицировать.
— Мы ищем эльфов, — коротко бросил я в ответ, перешагивая через дохлую крысу размером с небольшую кошку.
— Эльфов? — Фомир издал звук, похожий на сдавленный смешок, переходящий в икоту. — Здесь? Герцог, Вы в своём уме? Эльфы в такой грязи не водятся. Они слишком брезгливы. Сюда даже орки заходят, только чтобы справить нужду.
— Обычные эльфы — не водятся, — поправил я. — А вот эльфы-контрабандисты, которым нужно провезти кое-что не совсем легальное, выберут именно такое место.
— Но ведь гоблины не любят эльфов?
— А эти любят. Эльфы им платят, и они укрываются тут от глаз войта. И они таскают караваны по краю Кмабирийских болот.
— Откуда ты всё это знаешь? — с подозрением спросил маг.
— От верблюда. Я дружу с местными подростковыми бандами из гоблинов. Кстати, я хочу, чтобы ты проверил их на наличие магических задатков.
— Проверю, когда высплюсь и помоюсь, — проворчал Фомир.
Мы остановились у неприметной двери, обитой ржавыми полосами железа. Никакой вывески, никаких опознавательных знаков. Грызь сказал, что стучать нужно три раза, потом пауза и ещё два. Я так и сделал.
Дверь приоткрылась ровно на ширину ладони, и на нас уставился холодный равнодушный глаз.
— Пароль? — прошипел из-за двери голос, лишённый всяких эмоций.
— «Вечер листопадного леса», — произнёс я фразу, которую мне сообщил гоблин и которая показалась мне попахивающей идиотизмом.
Пауза. Глаз в щели моргнул.
— Проходите.
