Возможно, тролль чувствовал то, чего не могли видеть мы. Но, с моей точки зрения, у такого существа должно было быть имя и это явно не бессмысленное «Большерук».
Я размышлял, глядя на его исполинскую спину. Он был огромен, молчалив, но я чувствовал в нём скрытую, дремлющую мощь. Силу, способную снести всё на своём пути, если её разбудить. Силу не злую и не добрую. Стихийную. Как ураган, рождённый в океане и обрушивающийся на побережье.
— Тайфун, — произнёс я вслух.
Тролль скосил свои здоровенные голубые глаза и с любопытством уставился на меня.
— Что?
— Тебя теперь зовут Тайфун, — повторил я. — Это огромный, на сотни лиг вокруг сокрушительный шторм. И звучит красиво.
Тролль несколько секунд стоял неподвижно, а потом кивнул.
Колонна продолжила движение, я снова стал в начале, Фомир присоединился ко мне.
У меня из головы не выходил тот факт, что у после дождя у тролля на покрывающей большую часть его тела щетине не было капель, словно он приказал воде уйти и она послушалась.
— Танк, — буркнул я, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Что за танк? Заклинание? — не понял Фомир.
— Это не заклинание. Это роль, — я усмехнулся. — Представь себе вражескую конницу. Рыцари в сияющих доспехах несутся на нас в атаку. И тут им навстречу выходит он — Тайфун. А ещё лучше несколько таких. Живая гора, которую мы облачим в тотальную броню, чтобы его нельзя было пробить копьём или стрелой. Он просто идёт вперёд, и их строй ломается, как сухие ветки. Вот что такое танк. И это тоже часть концепции. Ты пойми, просто собрать толпу каторжников и научить их махать копьями можно, но мы так много не навоюем. Нам нужны некоторые особенности, которые сделают нашу армию непобедимой. Я собираю эти особенности по крупицам, а сегодня мне попалась не то, что крупица, а целый булыжник.
— Не хочу тебя расстраивать, Рос, но тролли неуправляемы и злы. Человеческие армии никогда не используют троллей.
— А орочьи используют, — возразил я.
— А у нас что, орочья армия? — хмыкнул маг.
— Интернациональная. Мне плевать, как мы классифицируемся, мне нужен результат. Люди и гномы ненавидят троллей и стараются сжить со свету. По Тайфуну в тюрьме даже сведений о совершённом им преступлении не было, его просто убрали в тюрьму, как кусок мусора в урну и всё, планировалось, что его продержат там до смерти. Надо найти с ним контакт, и он станет весьма полезной частью Штатгаля. А для начала вывести вшей. В отличие от магов, вши знают, как с ним «работать».
Возвращение в Штатгаль после дождя было похоже на возвращение в совершенно другое место. Дождь, вызванный то ли Тайфуном, то ли просто совпадением, смыл с нашего плато всю грязь и пыль.
Воздух был свежим и чистым, а здания, отмытые дождём, благоухали.
Был вечер и всё новички вместе с Тайфуном отправились спать.
А на утро наша армия поглощала новичков, причём проводили знакомый ритуал, стрижка, бритьё, противоблошиное зелье, сжигание старой одежды, выдача новой.
Формирование новой культуры, привычек, ритуалов, новых для них слов — это было хорошо, это выдавливало из них лагерное прошлое.
Новобранцев из «Поющего Рога» и «Шахты жадного Эрбега» ждала та же процедура, что и всех остальных. Стрижка, бритьё, баня и, наконец, костёр, в котором их тюремные робы и всё, что связывало их с прошлым, превращалось в столб чёрного дыма.
Ритуал, который в первый раз был спонтанным выплеском эмоций, теперь стал отлаженным механизмом, традицией.
Ветераны первой волны, уже считавшие себя старожилами, хотя они и попали сюда всего на несколько дней раньше, с важным видом объясняли новичкам правила, слова «отделение», «взвод», «рота», гоняли их в баню и следили за порядком. Это работало лучше любых приказов. Они сами создавали и укрепляли свою новую культуру армии «Штатгаль».
Задача по «обработке» Тайфуна была нетривиальной, в первую очередь потому, что уверенные в себе гномы при одном присутствии тролля робели и старались улизнуть под любым предлогом. У гномов на каком-то глубинном уровне страх перед троллями, это я уже знал по Туманным горам Оша.
Да и как постричь такое здоровенное существо, чьи волосы больше похожи на жёсткую проволоку?
Я решил, что это дело требует особого подхода и личного участия. Это же был не просто вопрос гигиены, а ритуальный акт. Тайфун — часть армии, то он должен пройти все её ритуалы.
— Мурранг, — подозвал я своего верного телохранителя. — Мне нужна твоя помощь. И лучшие твои инструменты.
Гном-квиз, чьи руки могли дробить камень, но при этом обладали точностью ювелира, молча кивнул. Он принёс не парикмахерские ножницы, а самые здоровенные, которые обычно использовали для стрижки горных баранов с их свалявшейся шерстью.
Мы подошли к Тайфуну.
Он сидел на земле, наблюдая за суетой с невозмутимостью горы. Он видел, как стригут и бреют остальных, и, казалось, понимал, что его ждёт.
— Тайфун, — сказал я, подходя ближе. — Твоя очередь. Надеюсь, ты не против?
Я скинул шлем, чтобы показать, что прошёл такую же процедуру.
Он посмотрел на меня, потом на Мурранга с его пугающего вида ножницами, и медленно кивнул.
