Эльфы прекратили огонь и развернули по бокам воротного пролома, за баррикадой большие простыни с вышитыми на ней одиннадцатиконечными звёздами, поместив внутрь загутай-камни, чтобы начать откачивать магию проклятия из пространства.
Конечно, это могло ослабить ритуал инициации, но сейчас я предпочитал сохранить жизни своих бойцов.
И почти сразу же я понял, что что-то не так.
Я закусил губу. Так не может быть. Загутай-камень работал даже и сам, контуры звёзды нужны, чтобы резко ускорить его работу. Тут бы Фомира спросить…
Я поспешил подойти к одной из простыней, вокруг которой стояли в задумчивости мокрые от пота эльфы-стрелки.
Даже…
Внезапная догадка заставила меня вздрогнуть. Если не умеет Фомир и нет других магов… А что, если другие маги есть, причём не из абстрактного тёмного прошлого, а из нашего сурового настоящего?
От Штатгаля отделилась одна точка, искорка. Дезертир. Боец, решивший, что он сможет спастись, если убежит. Вчерашний карманник по имени Кайденнис перемахнул через крепостную стену и побежал.
Это видели его товарищи. Так же они видели и то, что он пробегал мимо парочки обманчиво неторопливых скелетов, которые двигались к форту. И когда он был близок, они совершили свой рывок, буквально за долю секунды продвинувшись в пространстве, причём Кайденнис даже смог уклонится от одного из них. Но второй достал его, сцапал и повалил на землю.
Секунду и дезертир превратился в мёртвого дезертира. А мои бойцы получили наглядный урок, что бегать с поля боя нельзя, это вредно для здоровья.
Паника — это ржавчина, которая разъедает любую армию изнутри. И сейчас она грозила поглотить нас. Видя, что стрелы почти что не берут скелетов, а мечи лишь с трудом дробят их укреплённые магией кости, мои бойцы начали колебаться.
Даже самые суровые и матёрые дрожали перед лицом этой магической угрозы.
— Держать строй! — взревел я и мой голос, дополнительно усиленный
Пока магия не работала, мне пришлось активно использовать
Я взял командование на себя, превратившись в живой тактический узел. Я видел всё: где прогибается наша оборона, где нужен резерв, куда направить Тайфуна, который с рёвом крушил мертвецов своим огромным топором.
Братья-квизы, Мурранг и Хрегонн, орали и матерились до хрипа, удерживая по флангам вдоль стены своих гномов, а их молоты превратились в мельницу смерти, перемалывающую кости.
Линия выровнялась, строй держался.
Однако я понимал, что это лишь отсрочка. Скелетов чертовски много. У меня двадцать семь раненых, скелетов выбили всего пару сотен, а их вокруг крепости и на подходе пара тысяч. Первые минуты боя, но у нас уже всё хреново. Реальность такова, что Штатгаль в его нынешнем состоянии, подготовке и вооружении не может держать атаку час за часом. Нас быстро задавят числом.
Слова Фомира натолкнули на мысль о том, что у этих страшных кукол может быть кукловод, тот, кто ими управляет.
Нужно было устранить причину. Убить того, кто управлял этой армией. И попросить Фомира найти кукловода я не мог, во-первых, маг занят инициацией, а во-вторых, наш противник намного сильнее Фомира и сможет его обмануть.
Почти без особой надежды я активировал
Эта магия в Кмабирийских болотах была бессмысленной по той банальной причине, что в болотах не было или почти не было живности, в том числе и птиц.
И всё же в почти безнадёжной попытке я зацепился за какую-то пузатую болотную птицу, которая оказалась в паре километров от сражения.
Моё сознание взметнулось вверх, сливаясь с сознанием взметнувшейся вверх птицы.
