Хлеб сняли, то есть рожь и пшеницу. Урожай хорош, пшеница в десять раз родилась, а рожь поменьше – обманули в посеве – меньше было засеяно, нежели показали, не то раскрали мужики у эконома. Как хлеб весь снимут, то приняться надобно за строения; нет ни винницы порядочной, ни одной пивоварни – что здесь важный пункт, особливо в Райгородке. Винокурня будет порядочная на восемь котлов, да надобно много пристроить в Райгородке для жидов. Вот мои упражнения.
[…]
Посылаю, мой друг, 100 рублей и еще сколько могу, присылать буду до отъезда моего. Скучно работать и поправлять экономию, когда вижу, что состояние так расстроено; иногда, ей-богу, из отчаяния хочется все бросить и отдаться на волю Божию. Видя же себя уже в таких летах и здоровье, что другого имения не наживу, боюсь проводить дни старости в бедности и нужде, а все труды и опасности молодых лет и раны видеть потерянными, и эта скучная мысль отвлекает меня от всего и делает неспособным. Как-нибудь надобно, хотя за время, себе помочь, посмотрю, что можно будет сделать на контрактах в Киеве. […]
Насилу, мой друг, доехал сегодня только до границы. Прескверная дорога была до самого Петербурга. […] Сегодня в ночь пускаюсь в дорогу за границу и скоро надеюсь войска догнать. Я довольно здоров. Детей уведомь, что я здоров и их помню и благословляю. […]
Рекомендую господам шефам подтвердить офицерам полков, им вверенных, оказывать должную в обхождении благопристойность с австрийскими офицерами, наиболее же всякое уважение и почтение к их генералитету. В противном случае за малейшую грубость и неучтивость не только взыщу строго, но предавать стану законному наказанию, как нарушителей субординации.
Всем нижним чинам подтвердить, чтобы отнюдь обывателям никаких обид и неудовольствий не причиняли, но старались бы убегать от всего, что может быть поводом к какой-либо ссоре и жалобам, и стараться наиболее ласковостью и хорошим обхождением с хозяевами привязать к себе жителей здешней земли.
По приложенному при сем ордер-де-баталии с наименованием начальников фланговых, бригадных и полковых, вступить господам генералам в командование назначенных им частей и бригад. Во время дела против неприятеля, ежели вся пехота в кор-де-баталии будет действовать вместе, то командовать обеими флангами старшему генерал-лейтенанту Дохтурову.
Часто случаться будет надобность формировать батальонные колонны как для прохода сквозь линии, так и для лучшего наступления в трудных местах. Формирование сие делать на середину батальонов, составляя четвертый и пятый взводы на месте, а прочие, сделав по рядам налево и направо, формируют колонну.
Свойственное храбрости российское действие вперед в штыки употребляться будет часто, причем применять и наблюдать весьма строго:
Батальону, проходя закрытое лесом или иным образом место, деревни или тому подобное, тут, не ожидая приказа генерала, выслать стрелков и закрыть себя как должно.
Я надеюсь, что не имею нужды напоминать, что всякий во время дела будет при своем месте.
После бедствия австрийской армии Вы должны находиться в самом затруднительном положении. Остается для Вас лучшим руководством: сохранять всегда в памяти, что Вы предводительствуете армиею русскою. Всю доверенность Мою возлагаю на Вас и на храбрость Моих войск. Надеюсь также на Ваше убеждение в том, что Вы сами должны избирать меры для сохранения чести Моего оружия и спасения общего дела.
Знаю, теперь ничего не должно предоставлять случаю, и надобно выигрывать время, доколе корпус Буксгевдена не подойдет на театр войны и пруссаки не начнут военных действий. Однако ж, если Вы не можете избегнуть сражения, то полагаю, что согласно первоначальному Вашему мнению, Вы пойдете атаковать неприятеля и не будете ожидать его в позиции.
