Талант марионетки полностью

Пропустив их, Жюли огляделась и вздрогнула: всего в двух шагах от нее в тени пыльного занавеса виднелась хрупкая старушечья фигурка. Марго д'Эрбемон мечтательно смотрела вверх, слегка улыбаясь, и тени на ее лице причудливо менялись, делая черты лица то ангельскими, то демоническими. Несомненно, она видела что-то там, наверху, среди осветительных приборов и крепежей декораций. Жюли тоже бросила туда взгляд, но увидела лишь кружащие в неярком свете пылинки. Она опустила глаза, но мадам д'Эрбемон бесследно исчезла.

Царящий повсюду хаос как нельзя лучше отвечал духу премьеры. Громкие возбужденные голоса оглушали Жюли, пока она с трудом пробиралась к двери в гримерную. Жюли поискала глазами Себастьена: они так и не успели договориться о том, куда лучше пойти – в «Лягушку» или все-таки в «Ротонду».

Рядом с ней незнакомая женщина повисла на шее у Эрика, во всеуслышание восторгаясь его игрой, а высокий молодой человек, показавшийся Жюли смутно знакомым, громогласно выражал свое восхищение «несравненной, бесподобной Мадлен». Жюли пожала плечами: подобные дифирамбы в адрес ведущей актрисы звучали чуть ли не каждый день, и Мадлен вполне их заслуживала. Но саму примадонну едва ли беспокоил собственный успех и внимание аудитории. Ее изумрудное платье тускло мерцало в дальнем углу, рядом с долговязой фигурой Дежардена. Тот что-то говорил, положив руку на сгиб локтя актрисы, а она лишь изредка кивала в ответ. Даже окруженная морем людей, Мадлен напоминала одинокую статую, которая смотрит вдаль отрешенным взглядом мраморных глаз, не интересуясь происходящим у подножия ее пьедестала.

Жюли невольно перехватила взгляд режиссера. Заложив руки за спину, тот направился прямиком к ней. Мадлен тем временем успела испариться.

– Неплохая работа, девочка, – пророкотал он, и на Жюли пахнуло коньяком. – Директор доволен.

– Спасибо, – она осознала, что счастливая улыбка продолжает блуждать по ее лицу, а пальцы сжимают измятые стебли цветов. – По-моему, премьера удалась.

Девушка была уверена, что Дежарден склонен согласиться, судя по чересчур яркому блеску его глаз и по отсутствию обычной напускной мрачности. Однако режиссер уже увидел кого-то другого поверх ее плеча. Ограничившись ухмылкой вместо ответа, он прошел мимо – к Марку Вернеру.

– Старина, ты был на высоте, – режиссер похлопал актера по плечу и взмахнул рукой. – Мы не прогадали, когда утвердили тебя на главную роль, да?

Положа руку на сердце, основная часть успеха сегодняшней премьеры и в самом деле была заслугой Марка Вернера. Артист с улыбкой кивал в ответ на бесчисленные поздравления, подмигнул и Жюли, когда та встретилась с ним взглядом. Грим его слегка растекся от пота, глубокие морщины размазались, серые круги вокруг глаз подтекали, а ко лбу прилипла прядь – седой парик до сих пор венчал голову актера. Несмотря на улыбку, он выглядел смертельно усталым, и было непонятно: то ли Марк просто утомлен спектаклем, то ли он все еще в плену роли.

Девушка хихикнула, завидев в окружившей Марка толпе знакомую, почти родную спину.

– Господин Вернер, какова главная черта, отличающая вашего короля Лира? – деловито вопросил Франсуа.

Жюли не стала привлекать к себе внимание, обошла скопление людей и направилась в гримерную – ей хотелось быстрее стянуть липнущее к телу платье и смыть грим. Она не слышала, что ответил Марк, но, когда все дружно рассмеялись, остановилась – прямо напротив него.

– …да, да. Ведь я король, не забывайте! Вы помните ли это, господа? – Сейчас Марк воспроизвел цитату из текста шутливо, по-клоунски. И с чего она взяла, что он так уж сильно изменился? Конечно же, он все тот же Марк, у которого никогда не поймешь, серьезно он говорит или шутит. Нет, на сцене это был совершенно другой человек – куда более жесткий и властный. Как тихо, но угрожающе звучали эти же самые строки какие-нибудь полчаса назад!

За ее спиной раздались аплодисменты, сопроводившие очередную реплику актера.

– Что есть причина грома? – донеслась до Жюли ответная реплика Марка, прежде чем актрису поглотила суматоха девичьей гримерной.

Столько народу одновременно в этой комнате она видела впервые. Столько обнаженных тел – тоже. Не обратив внимания на приветственный клич, который издала половина девушек при ее появлении, Жюли протиснулась между Дениз и новенькой Зизи и нашарила среди вороха вешалок на стене свое платье. Тяжелый воздух был насыщен запахами духов, пудры и свежего пота, а от мельтешения кружилась голова. Актриса утомленно опустилась на кушетку рядом с Николь и скинула туфли. Только сейчас она почувствовала, как ее ноги слабеют и наливаются свинцом, и подивилась, что столько времени провела, ни разу не присев. Она прикрыла глаза, позволив краскам и блесткам смениться темнотой. Если бы не назойливые голоса, громкие восклицания и звонкий смех, Жюли запросто заснула бы, такая усталость ее охватила.

– Эй, звезда! Ты не спать ли вздумала? – Кто-то потрепал ее по руке, и Жюли с усилием открыла глаза.