На окровавленном лице Ибистер появилась слабая улыбка.
— Значит, ты все-таки умеешь обращаться с оружием.
— Что… — начал Дункан, но не успел закончить — к ним бросился один кораннид, затем другой…
Так Талискер оказался втянут в битву, и глаза ему снова застлал красный туман. Начался день крови.
Крылья орла дрожали от напряжения. Ему повезло. Северный ветер, Салкит, поднял его высоко-высоко. Так высоко, что полет стал беззвучен, будто серебристо-голубое воздушное царство не принадлежало ни одному миру, а он, Макпьялута, Призрачный Охотник, принц сидов, перемещался в пустоте, как маленькое пятнышко в холодном сумраке. Коричнево-золотистые перья покрыл иней, хрупкий, как стекло. В когтях орел сжимал Бразнаир, и последние лучи солнца пронизывали камень, бросая на облака зеленые блики.
Он знал, что не долетит. Скоро крылья откажутся служить ему, и он камнем рухнет вниз. Позорная смерть для народа Макпьялуты… И все же принц летел вперед, и его тоскливый пронзительный крик заполнял безграничную белую пустыню.
Коранниды отступили с темнотой, однако феины еще раньше были вынуждены укрыться за вторым кольцом городских стен, бросив припасы и множество коней в стойлах. Теперь измученную армию Ибистер отделяло от осаждающих полмили. Утомленные битвой мужчины и женщины прислонились к холодным камням стены и горько плакали, слыша перепуганное ржание убиваемых лошадей.
Одна женщина-воин, которой Талискер помог во время битвы, не выдержала и с криком бросилась вперед, охваченная яростью. Ее левая икра была поранена, но она не обращала внимание на боль и все выкрикивала и выкрикивала имя своей лошади. Ближайшие к ней попытались остановить безумную… Она вырвалась, и все смотрели будто завороженные, как женщина исчезла за грудами обломков, которыми завалили ворота. Воцарилась тишина, и воины, которые думали, что их уже ничто не может тронуть, затаив дыхание, смотрели ей вслед.
И, чудо из чудес, она вернулась, идя куда медленнее — видно, ее силы совсем иссякли. Женщина вела напуганного черного коня. Их догоняли трое кораннидов. Храбрость женщины так вдохновила, что ей на помощь бросилась небольшая группа воинов, а другие поспешно заделывали пролом. Кораннидов окружили и уничтожили — феины выплескивали накопившуюся ненависть. Никто не упрекнул женщину за безрассудство — воины всегда сражаются со страстью, порой приводящей к печальным последствиям.
Талискер и Чаплин молча смотрели на это, прислонившись, как прочие, к холодным камням. Оба понимали глупость подобного поступка — ради жизни одной лошадки поставили под удар людей, но Алессандро улыбался, глядя на воинов, собравшихся вокруг коня и гладящих его по спине.
— Они и нас вырежут, как лошадей, — мрачно произнес Талискер. — Это всего лишь вопрос времени.
— Что? — переспросил Чаплин.
— Время, — повторил Дункан. — Всего лишь вопрос времени.
— Ты видел… — Алессандро умолк, не понимая, почему ему захотелось задать такой вопрос и как на него может отреагировать друг.
— Фирр? Нет. Думаю, она сделала со мной все, что смогла. В сущности, виноват Корвус. Ей наплевать, ее это не интересует… Сандро?
— Да?
— Я все еще вижу их, понимаешь? Мертвых. Как вижу жизнь людей, касаясь их. Они все еще здесь, вокруг нас, все еще кричат в отчаянии.
— Надеюсь, нам помогут Рианнон с Кернунносом.
— А чего они ждут? Может, они не явятся вообще. Рианнон ведь как дитя. Наверное, уже позабыла обо всем.
— Почему бы тебе не отыскать Уну? Побудь с той, которую любишь.
Талискер обернулся к нему в наступающей темноте, пытаясь взять себя в руки.
— Я не могу. Я…
— Дункан! Сандро! — К ним подбежал Малки. Удивительно, подумал Талискер, откуда у него столько сил? — Один из часовых сообщил, будто видел в небе зеленую вспышку. — Он указал на юг. — Как ты думаешь, это не Бразнаир случайно?
Талискер поднялся.
— Пойдем посмотрим.
Они нашли его в миле от южных ворот Сулис Мора. Макпьялута упал с небес. Кровь лилась из ран, и он не смог удержать обличье орла — вновь стал воином сидов. Принц лежал в узкой расселине со сломанными руками и ногами, изогнувшись под таким углом, что было ясно — позвоночник тоже сломан. Несмотря на сильную боль, он оставался совершенно спокоен и даже улыбнулся, увидев спускающихся по камням людей.
— Белая Орлица предсказала ваш приход. Остальное за тобой, Та-лиис-кер. — Он произнес имя так, как оно звучало в легендах сидов.
— Но ведь Белая Орлица мертва? — удивился Малки. — Разве нет?
— Она летит, летит в Лизмаир.
— А где Деме?
— Ее убил Эскариус, из-за Бразнаира. — Макпьялута закрыл глаза, чувствуя, как убывают силы.
Талискер опустился рядом и заглянул в окровавленное лицо.
— Макпьялута, где Бразнаир?
— Вот он, — ответил Чаплин.
Снег рядом с Макпьялутой озаряло теплое зеленоватое сияние. Дункан обернулся было к камню, однако принц с неожиданной силой притянул его к себе.
— Подойди ближе. Я хочу поведать тебе повесть сидов, чтобы все знали о наших деяниях. Без нас феины исчезли бы…
— Может… — начал Малки, но Талискер поднял руку, призывая того к молчанию.
