Туфли, пахнущие страхом, — это, должно быть, очень смешно.
— Ты должен идти в сарай — вот что тебе нужно помнить!
— Нет! Волк!
Красно-оранжевое сияние исчезло из глаз оборотня, и они стали темно-пурпурными.
— Из «Книги благих советов», Джеки. «Притча о Волке, коий радеет о своем стаде». Помнишь ее, Джеки? Стадо уходит в хлев… Помнишь? Замок повешен на дверь. Когда Волк чувствует, что настало время Перемены, стадо уходит в хлев и замок вешается на дверь. Волк радеет о своем стаде.
Рот снова открылся, оттуда свесился язык.
— Нет! Нет! Он не повредит своему стаду! Он печется о своем стаде! Прямо здесь и прямо сейчас!
— Так ты хочешь, чтобы я три дня провел в сарае под замком? — спросил Джек.
— Иначе Волк съест Джеки, — просто ответил Волк, и мальчик увидел, как что-то темное быстро ускользнуло из меняющихся глаз Волка. — Когда луна позовет меня за собой, я начну есть. Здесь хорошие запахи, Джеки. Очень хорошие для Волка. Когда луна отпустит меня, Джеки выйдет из сарая.
— А что случится, если я не захочу три дня сидеть под замком?
— Тогда Волк убьет Джеки. А потом Волк будет проклят.
— Это сказано в «Книге благих советов»?
Волк кивнул:
— Я вспомнил. Я вспомнил вовремя. Когда сидел и ждал тебя.
Джек все еще пытался переварить идею Волка. Он будет три дня сидеть без еды, а Волк в это время будет на свободе. Он окажется в тюрьме, а у Волка будет весь мир. Возможно, для Джека это единственный способ пережить превращение Волка. Имея выбор между трехдневным постом и смертью, он выбрал пустой желудок. Но внезапно ему показалось, что эта перестановка — совсем не перестановка. Он останется свободным, запертый в сарае, а Волк, гуляя по свету, будет заключенным. Только его камера будет намного больше, чем у Джека. Да славится в веках «Книга благих советов», потому что он ни разу не подумал о себе.
Волк снова взглянул на него, затем посмотрел на небо с выражением глубокой тоски.
— Уже поздно, Джеки. Ты — стадо. Я должен запереть тебя в хлеву.
— О’кей, — сказал Джек. — Я согласен.
Это тоже показалось Волку ужасно забавным. Он рассмеялся своим воющим смехом, обнял Джека за талию и, как котенка, понес через поле.
— Волк печется о тебе, Джеки, — сказал он.
Его слова почти потонули в протяжном вое. Он заботливо поставил Джека на землю на краю оврага.
— Волк, — сказал Джек.
Волк широко зевнул и почесал между ног.
— Ты не должен убивать людей, Волк, — сказал Джек. — Если ты запомнил эту притчу, то сможешь запомнить и то, что ты не должен убивать людей, потому что, если ты это сделаешь, они станут охотиться за тобой, будь уверен. Если ты будешь убивать людей, если ты убьешь хотя бы одного человека, то сразу очень многие захотят убить тебя. И они сделают это. Я тебе гарантирую. Они разорвут тебя на части.
— Не буду есть людей. Животные пахнут лучше, чем люди. Не буду людей! Волк!
Они спустились в овраг. Джек вынул замок из кармана и несколько раз закрыл и открыл его, показывая Волку, как обращаться с ключом.
— Потом ты просунешь ключ под дверь, договорились? — спросил он. — Когда ты станешь нормальным, я верну его тебе.
Джек посмотрел под дверь — между ней и землей было пустое пространство шириной в два дюйма.
— Конечно, Джеки, ты вернешь его мне.
— Ладно, что будем делать сейчас?
— Сядь сюда, — сказал Волк, показывая на пятно на полу сарая, в футе от входа.
Джек непонимающе посмотрел на него, затем вошел в сарай и сел. Волк вышел за дверь и, даже не глядя на Джека, протянул руку в его сторону. Джек взял руку Волка, больше напоминавшую волосатое чудовище размером с зайца. Волк схватил его так сильно, что он едва не вскрикнул, — но даже если бы это произошло, Волк не услышал бы его. Волк смотрел вперед, его лицо было дружелюбным и мечтательным. Секунду или две спустя Джек нашел для своей руки более удобное место в лапе Волка…
— И мы долго будем так стоять? — спросил он.
— До тех пор, — ответил Волк и еще сильнее сжал его руку.
Они просидели так, по разные стороны дверной рамы, часа четыре, не проронив ни слова. Наконец начало смеркаться. Предыдущие двадцать минут Волка била мелкая дрожь. Когда сгустились сумерки, Волк затрясся уже вовсю. Так же, думал Джек, дрожит лошадь, стоя в стойле перед началом скачек и ожидая, когда раздастся выстрел и откроются ворота.
— Она начинает притягивать меня к себе, — спокойно сказал Волк. — Скоро мы побежим, Джек. Я думаю, ты сможешь.
Он обернулся и посмотрел на Джека, и мальчик увидел, что, пока Волк говорил то, что он говорил, его злая часть беззвучно добавляла:
— Я думаю, пора закрывать дверь, — сказал Джек и попытался освободить свою руку от мертвой хватки Волка, но не смог этого сделать, пока Волк сам его не отпустил.
— Запрем Джеки внутри, запрем Волка снаружи. — Глаза Волка вспыхнули, на мгновение превратившись в глаза Элроя.
— Помни, что ты должен радеть за стадо, — сказал Джек и отступил назад.
