Она была похожа на тот карьер, где велась открытая разработка молибдена и на который они с мамой ездили смотреть года три назад, когда отдыхали в Колорадо. Была зима, и они каждый день катались на лыжах. Но однажды ударил такой мороз, что катание на лыжах пришлось отменить. И тогда они решили поехать на автобусную экскурсию в маленький городок Сайдуиндер, невдалеке от которого велась разработка молибденовой руды.
— Именно так я представляю себе геенну огненную, Джеки, — сказала тогда мама, и ее лицо, когда она смотрела сквозь замороженное окно автобуса, было задумчивым и печальным. — Я надеюсь, что эти места когда-нибудь закроют — все подобные места. Ведь они разрушают Землю. Да, это настоящая геенна.
Большие и плотные клубы дыма вырывались из глубины шахты. Ее края были покрыты толстыми слоями ядовито-зеленой металлической пыли. Шахта имела около полумили в диаметре. Ведущая вниз дорога кружила по спирали вдоль ее краев. Глубоко внизу Джек увидел фигурки людей, снующих взад-вперед по этой дороге.
Наверное, это была тоже тюрьма вроде «Дома Солнечного Света», а эти люди внизу — заключенные и их надсмотрщики. Заключенные были впряжены в тележки по двое, тележки наполнены большими кусками зеленой, маслянистой на вид руды. Их лица были искажены от боли. Их лица были черны от пота и грязи. Их лица были красны от напряжения и крови.
Солдаты следовали за ними по пятам, и Джека передернуло от отвращения: это были нелюди. Их нельзя было назвать людьми. Все они были горбатыми и сморщенными, на руках у них росли когти, длинные заостренные уши торчали вверх, как у мистера Спока. «Да это же тролли! — подумал Джек. — Тролли и горгульи. У мамы была книжка, она читала мне про них каждый вечер и показывала картинки. Я думал, что узнаю про всех чудовищ, какие только водятся на земле, но она перестала читать, когда мне однажды приснился кошмар и я намочил кровать. Так, значит, они являются отсюда? Интересно, видел их кто-нибудь из взрослых, путешествовавших в Долины? Думал ли о том, что ему мерещится ад?»
Но ад не мерещился.
Каждый тролль держал в руках плетку, и сквозь скрип колес и треск крошащегося под ударами молотов камня Джек слышал свист рассекаемого ими воздуха и звонкие удары. Пока они с Волком смотрели вниз, одна из упряжек остановилась почти у самой вершины спиральной дороги. Люди стояли, низко опустив головы, тяжело переводя дыхание; натянутые до предела жилы выступили на их шеях; ноги дрожали от напряжения.
Подгонявшее их чудовище — отвратительное, морщинистое существо в странной одежде (длинная полоска грязной ткани, туго обернутая вокруг ног), с неровными клочками редких жестких волос, растущих вдоль позвоночника — достало из-за пояса свою плетку и опустило ее сначала на одного, затем на второго человека, прикрикнув на них на непонятном языке таким высоким и пронзительным голосом, что Джек испугался за свои барабанные перепонки. Он увидел колечки из серебристого металла, такие же украшали плетку Осмонда; рука одного из заключенных бессильно повисла, а на шею другого лег ярко-красный рубец. Их кровь казалась черной в желтоватой мгле. Чудовище визжало, тараторило, и его плоская серая рука извивалась, как телефонный шнур, когда оно крутило свою плетку над головами рабов. Последним судорожным усилием люди выкатили тележку на ровное место. Один из них в изнеможении упал на колени, и движущаяся по инерции тележка ударила его по спине, заставив растянуться в грязи. Одно колесо проехало по нему. Джек услышал хруст ломающегося позвоночника. Это было похоже на выстрел из стартового пистолета.
Тролль взвизгнул от ярости, когда тележка покачнулась, а потом перевернулась, вывалив свое содержимое у самого края шахты. В два прыжка он приблизился к упавшему и занес над ним плетку. В этот момент умирающий поднял голову и посмотрел прямо в глаза Джеку Сойеру.
Это был Ферд Джанклау.
Волк тоже увидел его.
Волк и Джек схватились друг за друга.
И перенеслись назад.
Они снова находились в узком закрытом пространстве, в кабине туалета, и Джек едва мог дышать, потому что Волк прижимал его к себе с чудовищной силой. И один его ботинок почему-то был мокрым. О Бог ты мой! Вернувшись из Долин, он каким-то образом умудрился попасть ногой в унитаз. «С Конаном Варваром, наверное, такого никогда не случалось», — раздраженно подумал Джек.
— Джек! Нет! Джек, нет! Шахта! Это шахта! Нет, Джек! Нет…
— Успокойся! Успокойся, Волк! Мы вернулись!
— Нет, нет, не…
Волк резко оборвал свои причитания и медленно открыл глаза:
— Вернулись?
— Клянусь тебе, прямо здесь и прямо сейчас, так что отпусти меня. Ты переломаешь мне все косточки, и к тому же моя нога застряла в этом чертовом…
Дверь душевой с грохотом распахнулась. Она с достаточной силой ударилась о внутреннюю кафельную стену, чтобы узорчатые стекла разлетелись вдребезги.
Затем с такой же силой распахнулась дверь кабинки. Энди Уорвик бросил внутрь презрительный взгляд и произнес два злых, обидных слова:
— Вонючие педерасты.
