Талисман полностью

Ричард, как заметил Джек, стал поклонником творчества Джона Макфи, Льюиса Томаса и Стивена Джея Гулда. С одной из его книжных полок Джек достал «Неуклюжую панду», только из-за того, что ему понравилось название, и вернулся на кровать.

Ричард, как ему показалось, отсутствовал невозможно долго. Джек мерил шагами маленькую комнату. Он не мог сообразить, что же мешает Ричарду вернуться в Домик Нельсона, и воображение рисовало перед ним картины одну страшнее другой.

В пятый или шестой раз посмотрев на часы, Джек обнаружил, что вокруг нет ни одного учащегося.

Значит, то, что случилось с Ричардом, случилось и со всей Школой.

День умер. Ричард, думал он, тоже был мертв. Возможно, умерли все, кто находился в Школе Тэйера, — и он был Черным ангелом, несущим с собой смерть. Кроме цыпленка, которого Ричард принес ему из столовой, Джек весь день ничего не ел, но он не был голоден. Немое страдание разрывало его сердце. Он приносил с собой разрушение.

Из комнаты наверху Джек слышал теперь невнятные «дум-дум-дум» басовой партии, а потом опять узнал в них запись «Блю оустер калт». В коридоре послышались шаги. Шаги остановились перед дверью. Джек вскочил.

Дверь открылась, и в комнату вошел Ричард. Двое мальчиков с соломенного цвета волосами и небрежно повязанными галстуками заглянули внутрь и пошли дальше по коридору. Через открытую дверь музыка была слышна намного громче.

— Где ты был полдня? — спросил Джек.

— Знаешь, это было что-то ненормальное, — сказал Ричард. — У нас отменили все уроки, но мистер Дафри не разрешил никому вернуться в комнату. Потом мы все пошли на тренировку по баскетболу, и там началось нечто еще более странное.

— Кто такой мистер Дафри?

Ричард посмотрел на него так, будто он только что народился на свет.

— Кто такой мистер Дафри? Он директор. Ты разве ничего не знаешь о нашей Школе?

— Нет, но кое о чем догадываюсь, — сказал Джек. — Что было странного на тренировке?

— Помнишь, я говорил тебе, что тренер Фрейзер попросил какого-то своего друга подменить его сегодня? И еще он сказал, что мы будем наказаны, если прогуляем занятия, поэтому я подумал, что его друг — нечто вроде Альмагура, знаешь, такой отчаянный парень. В Школе Тэйера не очень хорошие спортивные традиции, так что я думал, этот заместитель Фрейзера — настоящий специалист.

— А новый человек выглядел так, словно не имеет ничего общего со спортом. Я угадал?

У Ричарда отвисла челюсть.

— Да, — подтвердил он. — Ничего общего. — Ричард задумчиво посмотрел на Джека и продолжил: — Он все время курил. И волосы у него длинные и грязные. Он ни капельки не похож на тренера. По правде говоря, он похож на такого человека, который у большинства тренеров может вызвать отвращение. У него даже глаза ненормальные. Готов спорить на что угодно, что он курит «травку». — Ричард одернул свитер. — Не думаю, что он имеет какое-нибудь понятие о баскетболе. Он даже не занимался с нами гимнастикой, что мы обычно делаем после игры. Да и во время игры, если это можно назвать игрой, мы бегали по полю и кидали мячи в корзину, а он кричал на нас. Смеялся. Как будто дети, играющие в баскетбол, — это самая смешная вещь, какую он когда-либо видел. Ты можешь себе представить тренера, которому спорт кажется смешным? Вообще все было странно. Он сел, сказал: «Можете немного поиграть» — и закурил сигарету. Ни счета, ни свистков — мы все делали сами. А потом он сказал: «О’кей, теперь немного побегайте вокруг». Он выглядел… как бы сказать… диким. Настоящий дикарь. Я собираюсь завтра поговорить с Фрейзером.

— А я бы не стал разговаривать ни с ним, ни с директором, — сказал Джек.

— О, я, кажется, понял! — сказал Ричард. — Ты хочешь сказать, что мистер Дафри — один из них? Из людей Долин?

— Или работает на них, — уточнил Джек.

— А тебе не кажется, что ты пытаешься все подогнать под одну эту причину? Ведь это так просто — объяснить Долинами все непонятное. Отсюда возникает шизофрения. Ты делаешь неверные выводы и находишь несуществующие связи.

— И наблюдаю непроисходящие события.

Ричард пожал плечами, но, несмотря на этот безразличный жест, его лицо исказило страдание.

— Это сказал не я.

— Погоди, — оторвал его от раздумий Джек. — Помнишь, я рассказывал тебе про здание, которое разрушилось в Анголе? В штате Нью-Йорк?

— Птичьи башни?

— Вот это память! Да, так вот, я думаю, что это произошло по моей вине.

— Джек, ты…

— Сошел с ума, я знаю. Послушай, как ты думаешь, кто-нибудь обратит на меня внимание, если мы выйдем в холл и посмотрим «Вечерние новости»?

— Не думаю. Сейчас почти все готовят уроки. А зачем?

А затем, что я хочу знать, что происходит вокруг, подумал Джек, но ничего не сказал. Веселенькие пожарчики, легонькие землетрясеньица — все это знаки того, что они идут. За мной. За нами.

— Я должен быть в курсе событий, старина Ричард, — сказал Джек, и они с Ричардом вышли в зеленый, как речная вода, коридор.