—
— Прекрати, Ричард!
Эти задыхающиеся крики пугали его больше, чем что-либо другое. В них звучало безумие.
— Прекрати, мы в порядке! Их нет!
—
— Ричард, их больше
—
Как эхо в его голове прозвучали голоса мальчиков-собак около Домика Нельсона, кричащих хором:
—
Запаниковав от мысли о том, что Ричард
Крики Ричарда сразу прекратились. Он уставился на Джека, и Джек увидел контур своей собственной ладони, проступающий на бледной щеке Ричарда, как слабая красная татуировка. Его стыд сменился живым желанием узнать, куда они попали.
Частичный ответ на вопрос пришел изнутри — он был прост и безусловен… во всяком случае, так казалось.
Но прежде чем тратить время на обдумывание этого, нужно было привести в порядок Ричарда.
— Ты в порядке, Ричи?
Тот смотрел на Джека, оцепенев от удивления:
— Ты ударил меня, Джек?!
— Я дал тебе пощечину. Это то, что нужно делать с людьми, у которых истерика.
— У меня не было истерики! У меня никогда в жизни не было исте… — Ричард встал на ноги, дико оглядываясь вокруг. — Волк? Мы должны опасаться Волка, Джек! Если мы сможем перебраться через забор, он нас не достанет!
Он умчался бы прочь в темноту, чтобы преодолеть забор, который был теперь в другом мире, если бы Джек не сгреб его в охапку и не остановил.
— Нет больше Волка, Ричард.
— А?
— Мы сделали это.
— О чем ты говори…
— Долины, Ричард! Мы в Долинах! Мы проскочили!
— Глупости, — медленно произнес Ричард. — Нет никаких Долин, Джек.
— Если нет, — мрачно сказал Джек, — то как получается, что Большой Белый Волк не кусает тебя за задницу? Или твой чертов директор школы?
Ричард посмотрел на Джека, открыл рот, чтобы сказать что-то, потом снова закрыл его. Он огляделся на этот раз более внимательно (во всяком случае, Джек надеялся, что это так). Джек сделал то же самое, наслаждаясь теплотой и прозрачностью воздуха. Морган и толпа его сумасшедших могут ворваться сюда в любую секунду, но сейчас нельзя было не расслабиться в чисто животной радости пребывания здесь снова.
Здесь было поле. Высокая желтоватая трава с лохматыми верхушками — не пшеница, но что-то вроде пшеницы, во всяком случае, какое-то съедобное зерно, — раскинулась в ночи во всех направлениях. Теплый ветерок колыхал ее загадочными, приятными волнами. Справа было деревянное здание, стоящее на небольшом холме; лампа, прикрепленная на столбе перед домом. Желтое пламя, такое яркое, что было почти невозможно на него смотреть, светилось внутри стеклянного шара лампы. Джек увидел, что здание было восьмиугольным. Два мальчика попали в Долины на самом краю круга света, излучаемого лампой, и было на дальнем краю круга нечто металлическое, оно отражало свет лампы ломаными отблесками. Джек вгляделся в слабое серебристое сияние… и понял. То, что он ощущал, было чувством исполненной надежды. Это было как если бы два огромных куска головоломки, один на американских Территориях и один здесь, прекрасно подошли друг к другу.
Это были железнодорожные рельсы. И хотя в темноте определить направление было невозможно, Джек подумал, что он знает, куда они ведут.
— На запад.
— Пойдем, — сказал Джек.
— Я не хочу идти туда, — сказал Ричард.
— Почему нет?
— Слишком много странного происходит. — Ричард облизал губы. — В этом доме может быть что-нибудь не то. Собаки. Сумасшедшие. — Он снова облизал губы. — Жуки.
— Я же тебе сказал: сейчас мы в Долинах. Все безумие исчезло — здесь чисто. Черт, Ричард, ты что, не
— Нет никаких
— Посмотри вокруг.