Там, где кончается путь полностью

Полный жизни город казался какой-то жуткой, искаженной тенью самого себя. Серое небо, низкое, плотное, нависло над притихшими улицами, словно низкий каменный свод. Возле беседки во дворе летели против ветра листья. По улице рядом шатающейся походкой шла пожилая женщина, глядя вперед пустыми глазами.

— Конец света привиделся, или что-то вроде того, — после небольшой паузы продолжил свободовец. — Будто Зона весь мир накрыла.

— А мне, — все-таки разговорился Воробей, — база небовцев. Только там никого не было, а здания заросли какой-то живой красной фигней.

Меченый промолчал. Он думал о голосах, которые слышал во время всплеска пси-излучения (по крайней мере, сталкер полагал, что произошло именно это). Что это было? Морок — или воспоминания?

Клык. Он слышал это прозвище во время видения. И Игорь уже знал, что Клык был одним из товарищей Стрелка, погибшим от рук какого-то наемника. Но почему Меченый слышал голос этого человека в видении? Может, просто сознание сыграло с ним злую шутку?

Сталкер оглянулся на товарищей. Им тоже привиделось черте что — должно быть, и видение Меченого было просто мороком.

Или нет?..

Меж тем Змей помог подняться Семенову — тот оказался в добром здравии и первым делом бросился проверять целостность прибора.

— О! — удивленно и довольно одновременно воскликнул он. — Я не успел отключить аппаратуру, и поэтому прибор записал силу излучения во время всплеска! Потрясающий результат!

— Подождите, — Меченый только сейчас понял, что команда не в полном составе — видения здорово отвлекли внимание. — А где Алекс?

— Алекс! — тут же огляделся по сторонам Воробей. Но первым заметил пропавшего товарища все-таки Игорь.

Знакомая фигура в свободной кожаной куртке поверх комбинезона спотыкающимся шагом брела в сторону комплекса.

Я знал, что не успею. Слишком мало времени, я попросту не смогу вовремя покинуть эпицентр взрыва. Вот-вот бомба взорвется, и я сгорю живьем.

Но, тем не менее, я выжимал из вертолета все, что мог.

А потом позади раздался оглушительный грохот. Я представил, как за моей спиной вспыхнуло ослепительно-жаркое, словно тысяча солнц, сияние.

Я отвел удар от города — но теперь пламя взрыва станет для меня погребальным костром.

Я почувствовал испепеляющий жар — а потом… потом я обернулся и увидел старую женщину в черном шерстяном платке. Я даже не успел подумать о том, что ей неоткуда было здесь взяться, но, кажется, все же понял, что это происходило не наяву. Старуха протянула мне руку… И мир исчез в бело-голубом свете.

Вспышка боли, словно кто-то со всей дури заехал мне кулаком справа в челюсть, вырвала меня из напоминающего полусон состояния. Не удержавшись на ногах, я повалился в сухую траву.

Минуту. Траву?

Мозги категорически отказывались включаться.

Я сел и огляделся. Точно, мы ведь сопровождали ученого к комплексу. Но теперь здания заброшенного завода высились метрах в десяти от меня. Странно… до того, как нас накрыло этим… излучением, что ли?.. Неважно, до того, как меня накрыло, мы были в низинке, гораздо дальше от бетонной ограды комплекса.

А еще надо мной стоял Змей с самым зверским выражением на лице. Потом я заметил остальных друзей и ученого — Семенов во все глаза смотрел на меня, Меченый и Воробей следили за обстановкой.

Мое видение не было воспоминанием — в этом я был уверен. Точнее, являлось им лишь частично — в реальности для меня тогда все закончилось на нестерпимо-ярком свете и чудовищном жаре. А потом… потом я очнулся, глядя в серое небо Зоны. Что же со мной произошло и как я оказался за сотни километров от Нью-Йорка — этого я не знал до сих пор. Но какого черта я оказался в стороне от того места, где находился до всплеска?