Мистическое слияние и переплетение нескольких реальностей, и еще одна попытка обосновать реальное существование Неверлэнда с его загадочным и непостижимым Питером Пэном. "Эта история - ребус не для слабонервных" (С) Fantom
====== Часть 1. Мальчик с колдовскими глазами ======
“Ужасная глупость, нелепость, беспечность –
Потом возвращать то, что кануло в вечность!
Сначала разрушить, а после пытаться
Собрать из осколков мечту или счастье...”
(С) Ирен Буланова
Мой красивый мальчик… Так его называл дед, которого не стало пять лет назад. Тогда десятилетнему Робби очень хотелось верить в это, но вот в зеркале он все время видел не красивого, а смешного мальчика с забавно торчащими ушами, над которыми потешались его одноклассники, и постоянно дразнили. А еще он по своей наивности и доверчивости становился объектом насмешек и розыгрышей. Дети вообще поразительно жестокие существа, которые отвергают себе подобных, но странных, непохожих на них самих, отличающихся хоть чем-то. Порой маленький рост или, наоборот, чересчур высокий, торчащие уши, кривые зубы, курносый нос, глаза, разбегающиеся в разные стороны, рыжие волосы, веснушки — да много чего еще может испортить детство… Иногда даже добрая и светлая душа становится изгоем, если не находит понимания и одобрения сверстников. Вот и Робби немного не повезло с одноклассниками в его новой школе в Праге — новичкам всегда непросто, а таким как он, отличающимся ото всех, и вовсе тяжко. Зато повезло с дедушкой по отцовской линии, из-за болезни которого семейству Кэев пришлось на время переехать из Англии в Чехию. Дедушку звали Алекс, и он души не чаял во внуке. Нет, дед любил и своих внучек тоже — у Робби было две старших сестры, но мальчика он обожал, опекал, отдавал ему все свое внимание и время, понимал его тонкую натуру, и у внука сложились с Алексом доверительные отношения. Бобби, как называл его дед, со всеми своими проблемами и невзгодами шел именно к Алексу, который всегда находил для внука нужные слова, чтобы успокоить, обнадежить, помочь поверить в себя.
— Ну, что случилось, мой красивый мальчик? — Алекс еле разыскал внука в полутемной гостиной.
Робби почти сливался с темным кожаным диваном, на котором сидел, обхватив колени руками, и раскачивался из стороны в сторону — он всегда так делал, когда был чем-то расстроен, словно этими плавными движениями пытался себя успокоить и найти в себе душевное равновесие. Алекс уселся рядом с внуком и, приобняв, осторожно притянул к себе.
— Нет, деда. Я не красивый, — маленький Робби горестно вздохнул и забрался деду на колени, чтобы спрятаться в его уютных объятиях. — Я лопоухий, и улыбка у меня дурацкая. Разве ты не видишь?
— Не вижу, — дед прижал внука к себе и широкой ладонью пригладил его рыжеватые вихры. — Зато я вижу доброе сердце, открытую душу и задорную улыбку, а не дурацкую, как ты изволишь выражаться. А уши… А что с ними не так? Уши как уши, — Алекс немного отодвинул от себя внука и принялся вертеть его голову, поворачивая ее то одной стороной, то другой, и делая вид, что внимательно разглядывает его уши. — Замечательные у тебя уши, скажу я тебе, мой друг!
— Ага, вот только ребята в школе дразнятся. И еще коротышкой называют. Они то почти все выше меня… даже девчонки.
— Ну, рост дело наживное, и ты обязательно вырастешь. А вот уши…
— Мама сказала, что когда я вырасту, то мы сходим к доктору, который сделает их красивыми, — Робби даже заерзал на дедовых коленях в предвкушении своего прекрасного будущего, но тут же сник. — Вот только придется немного подождать…
— Нет-нет, ничего не нужно делать… — Алекс почему-то заволновался, услышав это от внука. — Послушай, никогда ничего с собой не делай, Бобби. Изменить себя — это значит изменить судьбу, изменить рисунок на ковре своей жизни. Вот подумай, Судьба уже знает, как ты выглядишь, выткала твой портрет, начала плести твой особенный и неповторимый жизненный узор… и пошлет тебе удачу, счастье, известность, богатство… Поверь мне, мой мальчик, ты все это заслуживаешь. Так вот, пошлет она тебе все возможные блага, а они могут и не узнать тебя — просто потому что у тебя уши стали другими, и ты сам выглядишь уже не таким, каким они тебя увидели на твоем ковре жизни, и пройдут мимо… Может, ты меня сейчас и не понимаешь. Но, Бобби, мой мальчик, когда-нибудь все увидят, какой ты красивый и необычный. Увидят, какая у тебя замечательная улыбка и открытое сердце. Только не сдавайся, оставайся собой. Ладно? — Робби безоговорочно верил каждому слову деда и кивал головой. — А еще, знаешь, говорят, что у кого красивые глаза, у того и душа такая же. А у тебя очень красивые глаза, и… зеленые. У тебя волшебные глаза, Бобби, колдовские…
— Не колдовские, а вампирские, — Робби указал на свой правый глаз, на котором когда-то в раннем детстве образовалась сеточка из лопнувших кровеносных сосудов, да так и осталась. Это никак не отражалось на его зрении, и родители решили ничего с этим не делать. — Мало того, что они зеленые, так еще и вот этот «кровавый глаз» пугает моих новых одноклассников, и они зовут меня «вампиренышем», — внук улыбнулся деду, обнажая маленькие заостренные белые клыки — еще один предмет насмешек в школе.
