— Капитан! — когда же тот обернулся, с нажимом произнёс: — Капитан, его могу убить только я. Больше его никто не достанет. Только я!
Операция не удалась. Полурота села на хвост противнику, но Визен поступил, как часто поступал — оставил в качестве заслона и на съедение часть отряда, отрубил хвост и в тот же день совершил нападение на тылы англичан, оставив после себя двадцать четыре трупа, восьмерых тяжело раненых и троих уведя в плен в холмы. Потом, уже под вечер, налетел на тылы скандинавского батальона, но там сумели быстро организовать оборону и обошлось без потерь — а вот с преследованьем промедлили. И нашли лишь место посадки двух вертолётов и тела замученных пленных.
Визен вернулся прочно…
Специфика новых боёв заключалась в том, что теперь уже недалеко оставалось до «коренного» бандитского района на берегу моря Чад. Холмы молодым лесом сменились мёртвыми чёрными лесами, в которых зелёный подлесок ещё только-только пробился над землёй, а вымерзшие тропические гиганты стояли каменными сумрачными памятниками навсегда ушедшему прошлому, да временами — тяжко рушились. Противник ещё не выстроил новую линию обороны — и сейчас спешно закапывался на подходах к древнему городу Диффа — «столице» разбойничьей Центральной Африки. Судя пол разведданным — отстоять что-то он уже не надеялся, просто не мог рассчитывать на милосердие северян.
Но Визен, похоже, ничего не хотел знать о неизбежном поражении своих начальников.
— Брэк! — Ник поднял руки и стукнул кулаком о кулак. — У тебя неплохо получается, Джек.
Тяжело дыша, англичанин опустил руки. Он не считал, что у него получается неплохо. До Ника ему было всё ещё явно далековато.
— Идите помойтесь, — посоветовал Иоганн, с интересом наблюдавший за спаррингом. Андрей, оседлавший край блиндажной крыши, сообщил:
— Лоун идёт. Иоганн, это по твою душеньку.
Лейтенант Скобенюк вошёл на площадку перед блиндажом, придерживая «сайгу» локтем.
— Сержант Херст, — позвал он Иоганна, — я попрошу… нам нужно поговорить.
— Да, товарищ лейтенант, — Иоганн подошёл к офицеру, и они вместе скрылись за блиндажом. Андрей, Джек и Ник проводили их одинаково удивлёнными взглядами.
— Что ему нужно? — спросил Ник. Андрей пожал плечами:
— Может быть, хочет поговорить о праздновании Нового Года?..
…Скобенюк выглядел смущённым. Прищурил глаза в мутное преддождевое небо, нагнулся, подобрал камешек. Кинул его в лежавшую у дорожки консервную банку-плевательницу, отряхнул руки. Иоганн ждал.
— Капитан Фишер рекомендовал мне вас, как лучшего сержанта взвода, — Иоганн сохранил каменное лицо, хотя слышать ему это было приятно, и он про себя повторил капитанскую характеристику с удовольствием. — Видите ли, сержант… — Скобенюк удлинил поясной ремень. Укоротил. Чертыхнулся, удлинил снова — как надо. — Видите ли, сержант, вы, конечно, видите, что я — не «витязь».
— Не все офицеры — «витязи» или хускерлы, товарищ лейтенант, — возразил вежливо Иоганн.
— Я знаю… Я получил звание две недели назад — получил поручика после окончания Рязанского училища, вы знаете о таком?
— Конечно, товарищ лейтенант.
— Назначение сюда было для меня неожиданным, — продолжал лейтенант. Я рассчитывал служить в наших десантных частях. Не в конфедеративных. Более того — я совершенно не представляю на практике специфики боёв здесь. Я хочу обратиться к вам, сержант, за помощью и советом.
— Товарищ лейтенант?..
— Пройдёмте ко мне, хорошо?
Старик-махди сидел за столом — и поднялся, когда офицер и сержант вошли. Из-под седых бровей, больше похожих на усы, которым захотелось вдруг поменять место, смотрели тёмные безразличные глаза с белёсой мутью начинающейся катаракты. Старик поклонился вошедшим.
— Он говорит, что знает, где капитан Визен, — Скобенюк сел за стол и положил на него кулаки. — Садитесь, сержант.
— Благодарю, товарищ лейтенант… — Иоганн рассматривал старика в упор — холодным взглядом. — Позволите мне с ним поговорить?
— Конечно, — лейтенант кивнул.
Иоганн подошёл к старику вплотную — так, что тому пришлось задрать голову.
— Ты врёшь, — сказал Иоганн на лингва-франка. — Ты не можешь этого знать.
— Я знаю, господин. — старик поклонился. — Он у нас в деревне, в Нирде. Он будет там ещё два дня. Он отдыхает.
— Почему ты пришёл к нам? Вокруг много солдат, — Иоганн не сводил со старика глаз. — Они все будут рады, если это правда.
— Я узнал, господин, что Визен убивал ваших людей первыми, когда появился тут. Вы любите мстить. Я подумал — вы будете рады отомстить.
— Так, — Иоганн чуть отошёл, отвернулся, потом снова посмотрел на старика. — А почему ты вообще пришёл?
Старик помедлил. И ответил тихо:
— Визен погубил троих моих сыновей. Они были здоровые. Совсем. Это очень редко сейчас у нас. Он их погубил.
— Ты не сказал — «убил», — вдруг уточнил Иоганн. — Погубил — это как?
— Он обещал им богатство, рабов, еду… если они пойдут в отряд. Мои сыновья пали от ваших пуль.
— И всё-таки ты ненавидишь не нас, а Визена? — продолжал допытываться Иоганн.
