…Чтобы удар был правильным, надо не бить ножом, а наваливать врага на нож. Повернув финку в печени, Джек ощутил судорогу тела под руками — и аккуратно выпустил, даже скорей положил наземь обмякшее тело, из которого всё ещё толчками вытекала кровь. Вытирая финку, показал Андрею, маячившему возле «своего» трупа в начале улицы: «О'кэй!» Тот просигналил взводу…
Штурмовики начали появляться в улице почти сразу — ждали сигнала. На противоположных концах деревни замаячили ребята из взвода Сведрупа. Наверняка кое-кто из деревенских всё это засёк — но было уже поздно.
Два дома, в которых находились бойцы Визена, окружили плотным кольцом, укрывшись во дворах и за углами домов. Скобенюк облизнул губы и, подняв руку, помедлил. Потом — резко бросил её вниз.
По домам стреляли гранатами, целя навесом во двор и прямой наводкой — в окна. Подавляющее большинство бандосов просто не успели проснуться — дома разворотило практически начисто, в пылающие руины. Те, кто всё-таки проснулся и успел выскочить — погибли на улицах.
Но тут обнаружился просчёт. Из окон ещё одного дома неожиданно ударили пулемёт и несколько автоматов. Штурмовики молниеносно развернулись в цепь, хотя двое остались лежать неподвижно в сырой пыли, а ещё одного, раненого в живот, оттащили во двор ближайшего дома. Началась быстрая, частая перестрелка.
Джек проскочил до угла здания, стоявшего параллельно тому, из которого стреляли. Осторожно выглянул — дальше начиналась площадь, храм Ала Шамзи на ней равнодушно разевал свою пасть. Краем глаза уловил движение, рассмотрел мальчишку у забора — скрючившись, тот закрыл голову руками. Неопасен.
Ба-бах! Кусок стены, ведущей на площадь, вылетел, из клубов взвихрившейся серой пыли выскочили один за другим трое «синих беретов» и побежали, отстреливаясь во все стороны, к храму.
— Сюда! — заорал Джек и еле успел спрятаться — последний, с пулемётом, повернулся, угол забора осел кусками глины, взвихрился пылью. Наперерез, из улицы, выскочили двое штурмовиков, бежавший первым «синий берет» вдруг громко отчётливо закричал «ай-ай-ай!», переломился и рухнул наземь. Второй перескочил через него — и… и Джек узнал Визена!
Капитан был без куртки и жилета, но с автоматом. И, прежде чем успели выстрелить в него, срезал обоих парней густой длиной очередью. Визен и пулемётчик бежали к храму.
— Не уй-дёшь, — по складам произнёс Джек. И, ощущая невыразимую пьянящую сладость убийства-мести, разрядил в бегущих подствольник.
Граната разорвалась с коротким хлопком, подняв облако грязи. Джек рванулся вперёд, держа наготове автомат. Пулемётчик выполз навстречу — мокрый, грязный, подвывающий что-то вроде «а, а, а!» — на левом боку и левом бедре масляно переливалось тёмно-алое. Посмотрев на подбегающего Джека, он оскалился и замер, уткнувшись мокрым лицом в сгиб руки.
— Тваааарь! — взревел Джек, потому что Визен бежал дальше. Капитан тяжело хромал на левую ногу, автомата у него больше не было, но в левой руке он держал длинный пистолет и обернулся на крик. Джек увидел совсем близко его лицо — безжизненное, как маска. И глаза, полные ненавистью, болью и злобой — без страха.
— Н-на, — отчётливо выдохнули белые губы Визена. Получив тяжёлый удар в грудь, Джек полетел спиной в грязь, а капитан, хрипя, просто втащил себя в храм — как втаскивает себя в спасительную чащу раненый хищник.
— Ты как?! — кто-то помог Джеку сесть, он увидел Дика, а рядом — Ника, стоящего на колене с пулемётом наперевес. — Как ты?!
— Нормально… — прохрипел Джек. Пистолетная пуля застряла в одном из магазинов, пилема дымилась. — Визен — в храме…
— О! — Дик отреагировал мгновенно, «двушка» на его плече качнулась вверх-вниз, лицо сделалось жестоким, хотя на губах осталась улыбка. — Попался…
Бумп! Граната, оставляя за собой белый след, влетела в открытую дверь. Грохнуло, прыгнула крыша, из двери выплеснулось, скрутились в жгут и истаяло пламя. Дик опустил оружие, дунул в дымящийся ствол и спокойно сказал: — Вот и конец Визену. Извини, глотку вырывать тебе уже некому.
— Всё… — Джек, морщась и потирая грудь, поднялся на ноги. Выковырял и бросил прочь пулю. — Чёрт… жаль, что не я его…
— Пошли, глянем на это чудище, — предложил Ник. — А то я столько про него слыхал, а видел только мельком. Обидно же.
— Пошли, — согласился Джек. — Я, если честно, никак не могу поверить, что он мёртв.
— Ну, не упырь же он, чтобы выжить после разрыва термобарика! — засмеялся Дик. — Впрочем… можно прихватить с собой осиновый кол. У тебя есть?
— Жаль, что не я его, — повторил Джек…
…В храме пахло взрывом. Алтарь был разворочен, крыша провалена и горела. Изваяния вдоль стен — разбиты.
— Вот он лежит, похоже, — Ник подошёл к горящему трупу, полускрытому рухнувшись перекрытием. — Нет, это махди какой-то… Слушай, Джек… — канадец огляделся, в глазах его росло удивление. — А где он вообще?
— Тут где-нибудь… — Джек тоже осмотрелся и вдруг испытал сильный толчок — волнения. — Поищи… нет, давай вместе…
