Сразу к тайнику не пошел, а страхуясь сам не зная от чего, больше доверяя интуиции, сделал вид, что иду по следам группы преследования на запад, и только потом взял верное направление. Уже отойдя на приличное расстояние, вдруг кольнула запоздалая мысль: – «А где обувь разведчика?» В то, что сапоги забрали немцы, верится с трудом. На кой они им? К тому же подошва или каблук это любимое место для сокрытия важных документов и при досмотре отрываются, чуть ли не в первую очередь, не зря же на одежде даже швы повспарывали. А тогда другой вопрос: – «Кто? «И главное: – «Когда?» Не получится так, что спугнул какого-нибудь мародера из местных, который теперь торопится доложить об увиденном своему новому начальству. Ладно, что сейчас гадать, у меня есть первоочередная задача и ее нужно выполнять.
Минут через сорок неспешного продвижения по лесу, я вышел к канаве, по которой протекал нужный мне ручей. Именно канава, а не русло, потому что назвать его по-другому язык не поворачивался. Во-первых, потому, что вода пробила в земле для себя дорогу глубиной чуть больше метра и примерно в два раза большей ширины. А во-вторых, сама протекающая внизу вода скорее напоминала стоки какого-нибудь промышленного предприятия. В некоторых местах, на ветках низко растущих кустов, даже присутствовали грязно белые шапки пены. Вдобавок ко всему и запашок шел не сильно приятный.
Из-за топкого дна, идти понизу не было ни какой возможности, но разросшийся на берегах кустарник, обеспечивал достаточную защищенность от постороннего взгляда. К тому же и тропинка, поднимающаяся на вершину косогора, пусть и малохоженая, рядом все-таки имелась. Если двигаться не торопясь, соблюдая осторожность, то со стороны дороги ни кто внимания не обратит, да и пройти то нужно всего метров триста, не больше. Вот только тропинка идет по противоположной от меня стороне, а с моей, сплошное переплетение веток и колючек, обходя которые неизбежно окажешься на краю поля.
В нормальных условиях два с небольшим метра ширины не такое уж и сложное препятствие, но в данном случае, ни разбежаться толком, ни оттолкнуться для прыжка. Края канавы хоть и заросли травой и кустарником, но надежными не выглядели, обещая осыпаться вместе с неосторожным путником.
Спускаться вниз и переходить вброд желания почему-то не возникало. Да и вода была мутной, не позволяющей определить глубину. Народ не зря говорит: – «Не зная брода, не суйся в воду». А она сейчас уже по-осеннему холодная, полезешь с дуру, понадеявшись на высоту голенища сапог, и провалишься по пояс. Сушись потом и грейся у костра, оставляя не нужные следы своего пребывания.
Самое интересное, что преодоление водных преград, нашим курсантам, давалось как в теории, так и на практике. И я, имея в запасе несколько метров парашютной стропы, мог, затратив определенные усилия, спокойно переправиться в любом месте. Вот только тратить силы на такую, в общем-то, смешную преграду не хотелось. Проще говоря, во всем виновата лень матушка. Поэтому я искренне обрадовался, когда, после непродолжительных поисков, вопрос с переправой решился сам собой и весьма положительно. Правда, пришлось немного вернуться назад, где чьими-то умелыми руками был построен пешеходный переход.
Три доски, сбитые между собой, и имевшие по одной стороны ограничение в виде жерди, для этой глуши смотрелись просто роскошно. Вот только их функциональность в этом безлюдном месте ставилась под большой вопрос. Тропа как шла по противоположному берегу, так и продолжала углубляться в лес, почти полностью игнорируя альтернативный маршрут. Ну, не мне эти загадки разгадывать, главное, что в три шага преодолев нависающее над не слишком бурным потоком сооружение, я продолжил движение в нужную сторону, пока не увидел край, возвышающегося над кустами камня.
От понимания, что близок к цели своего путешествия, меня начало немного потряхивать от избытка адреналина. Даже походка стала какой-то подпрыгивающей и дерганой. Пришлось остановиться и сделать простое упражнение на дыхание. Это когда, встав в правильную стойку, на вдохе поднимаешь соединенные кисти рук до уровня груди, потом переворачиваешь ладонями вниз и опускаешь их вместе с выдохом, напрягая диафрагму. При этом можно концентрироваться на произнесении какого-нибудь коротенького волшебного слова. Например, пришедшее с востока «Оз» или родное русское «Уф».
