— Я не знаю. Ведь я познакомился с ним не по своей воле, и все время нашего знакомства для меня промелькнуло как один день. Мне просто очень повезло, что меня использовали в качестве мага, потому я и смог себя ощущать наполовину разумным и отсчитывать пролетающие циклы. Кто делает эти ошейники, я тоже не знаю, мне кажется, они — дело рук древних, но для чего древние их делали и как использовали, не ведаю. Я думаю, на этот вопрос никто тебе ответа не даст. Их приспособили местные, сам теперь знаешь к чему, и сто лет назад… да и сейчас, я думаю, — это довольно редкая вещь и стоит немало. Сам понимаешь — заполучить в рабы мага несложно. Намного сложнее удержать его в подчинении, чтобы при этом он хоть что-то понимал.
Теперь уже я задумался. Получается, ошейники используются в основном для рабов-магов, но ведь я видел на стоянках много народу в ошейниках, и женщин среди них тоже было немало, а Хэрн говорит о большой стоимости этих неприятных игрушек… Понятно и то, что Хэрн сам многого не знает. Я думаю, есть несколько видов ошейников, и используют их действительно для порабощения людей и им подобных, но они все разные. Для магов используют самые сильные из них, а вот кто их изготовляет или изготовлял, разберемся позже.
Я просидел в ошейнике до самого утра, боясь заснуть. А вдруг во сне мои настройки полетят и я стану полностью зависимым от шейного браслета?! Страшно! Но сон меня все-таки сморил под утро, так и не удостоив в очередной раз сновидениями.
И все-таки я проснулся сам! Очнулся от сна перед обедом: под головой подушка из плотной ткани, набитая сухой травой (идея моя, исполнение Хэрна), сверху накрыт маленьким одеялом, рядом горит огонь, над костром подвешены котелки, в них что-то булькает. Хэрна рядом не видно, ушел куда-то. Вставать неохота. Пьянящая радость наполняет сознание: я победил, я выиграл этот забег с беспамятством, я выжил! Тело поет и требует действий, а ссадины на руках, ногах и туловище, что каждую тренировку добавляются в мою «коллекцию», исчезли, синяки и ранки не саднят. Меня отлично подлатали, я стал как новый рубль. Интересное наблюдение. Может, много времени прошло и я все время был безумной рабочей машиной? Вряд ли! Пещера та же, вон мой черненький кинжальчик лежит, я точно помню, куда его вчера клал. Со стороны тренировочного зала раздалось кряхтение, и из серого проема туннеля появилась уставшая, но довольная физиономия Хэрна.
— О, господин, наконец вы проснулись. Прошу вас, давайте сейчас же пройдем к бобу, иначе это блохастое создание меня съест. Прошу вас, господин.
Я от удивления приподнялся на лежанке, и видок у меня был, наверное, до такой степени глупый, что он не выдержал и засмеялся, а следом за ним в пещеру ввалилось и само мохнатое недоразумение.
Вот гады, эти два спевшихся субчика решили меня разыграть! Но на дворе день, а бобик спокойно расхаживает по гостям, значит, перекрыл периметр зоны доступа.
— И вам привет, господа. Чем обязан, господин бобик, вашему посещению наших пенатов? Не соблаговолите ли, судари, изъясниться на сей волнующий меня момент!
Теперь уже они оба представляли собой экспозицию удивленного пограничника с собакой, причем тоже удивленной.
— Рты позакрывали, а то кишки простудите! — От моего высокопарного, аристократического слога не осталось и следа, и я хамски добавил: — Я не понял, в этой халабуде меня кормить кто-нибудь собирается?
Бобик крякнул, и в моей голове раздался его вопрос:
«Ты как себя чувствуешь? Ошейник, смотрю, снимать не собираешься?»
— Снимать пока не собираюсь и чувствую себя на удивление отлично. А ты что тут делаешь? Границы зоны закрыл?
«Да. Хотел узнать, как у тебя дела, и этому ушастому, в случае чего, ноги откусить, чтобы головой думал, когда позволил тебе добровольно надеть блокиратор».
— Какой еще блокиратор? — переспросили мы одновременно с Хэрном, а потом с удивлением уставились друг на друга.
«Артефакт долов, магия Хаоса, древняя штучка. Использовалась ими в медицинских целях. Блокирует боль, растягивает силы пострадавшего до прихода помощи, удерживая тяжелораненого на этом свете. При применении к самому себе — восстанавливает силы, залечивает раны, но в личных целях злоупотреблять не стоит. Эффект привыкания, как ты выражаешься, малыш, наркотическая зависимость».
Я сидел пораженный, а затем… никогда прежде так вслух не выражался… ну а потом меня осенило: бобик по-тихому у меня в голове копался, когда я о чем-то надолго задумывался; он ведь говорил об этой своей особенности в первых наших беседах.
