Неяркий шарик Ульки, чёрный полированный каменный пол с едва заметными стыками плит, звёздное небо, испещрённое цветными пятнами галактик, туманностей и пылевых облаков (интересно Андромеда есть или нет?), зеленоватый крокодилий с вертикальным зрачком глаз Безымянного (мне, вдруг, пришла мысль назвать его так) и обломки разноцветных колонн ушедших омег. Словом, всё было на месте. Ну хоть где-то стабильность!
Соскучившийся и не знающий, что и думать, Улька кинулся ко мне с вопросами:
— Господин мой, что случилось? Нас здесь так кидало и переворачивало. Было так страшно…
— Спокойно, Ульрих, всё в порядке. Просто я немножко побыл демоном…, - ответил я.
— Де… демоном? — потрясённо произнёс Улька, отшатнувшись.
Прозрачное третье веко сошло с огромного глаза Безымянного и вертикальный зрачок, сфокусировавшись на мне, чуть дёрнулся, расширяясь и опять сужаясь.
— Да. Да. Не переживайте так. Оба, — откликнулся я на невысказанный вопрос Безымянного.
— А ты, Ульрих, благодарить должен нашего Великого Змея. Он всё здесь держал, я видел, как нас мотает, — пояснил я паникующему омеге.
— Видели?! Но как? — от Ульки пришли эмоции любопытства и страха.
— Как — не знаю. Но мне удалось увидеть, как всё это летит в бесконечности. Ты прости, Ульрих, но твоему телу опять досталось. На замок было нападение демонов… Погибли почти все… Мне удалось убить одну тварь, но… В общем глаз у нас с тобой нет… Кровь демона попала мне в раны… и… по моим ощущениям заразила меня чем-то. У меня был эмоциональный срыв… Короче, я обратился в демона. Конечно, Великая Сила помогла мне, я сопротивлялся, но сейчас там, во внешнем мире, я валяюсь чуть живой, — пояснил я произошедшее пока без лишних подробностей.
Ульрих потрясённо молчал.
— Да. Ульрих, зрения у меня теперь нет, но как вернусь, давай попробуем снова к слуху подключиться, — вывел я из ступора омегу.
— А… да-да, господин мой…, я рад…, что вы обо мне помните…, - прошептал он.
— Ульрих… Ульрих…, - произнёс я, посылая по связи волну тепла. Всё-таки нас в этом теле двое и я опять его изуродовал. Н-да, что имеем не храним — потерявши плачем.
— Госпо… дин… мой…, - едва слышно выдохнул омега, — я…
— Ульрих, я всё прекрасно чувствую. Чувствуешь и ты, — начал я лихорадочно прикидывать как закончить настолько неудобный разговор.
Ладно…
Отвлекая Ульку и отвлекаясь сам, я пересказывал произошедшее со мной за последнее время.
Восклицания Ульки и сфокусировавшийся на нас глаз Безымянного заставили меня изображать события в лицах…
Однако, хорошего понемножку.
Я чувствовал, что тело уже готово к возврату сознания и, попрощавшись со столь благодарной аудиторией, рывком вышел в реальность.
Г-ха… Воздух со свистом ворвался в лёгкие. Тяжесть давила на грудь и не позволяла дышать…
Да что же такое-то? Сдохнуть хочется…
Что-то тёплое завозилось у меня на груди.
Эльфи?
Попытавшись пошевелиться я разбудил спящего на мне Эльфи.
Это «чудо» подняло голову и выдохнуло:
— Оме…
Я закашлялся от нехватки воздуха. Полуголый Эльфи завозился на мне, освобождая мою грудь, живот и прижатый к нему эрегированный (что?!) член.
— Оме… я…, - залепетал омега сползая с меня.
Я с трудом повернулся на бок и сипением пытался вдохнуть непослушной грудью едва тёплый воздух зимовья.
В лёгких клокотала мокрота, разрывая их тяжёлым надсадным кашлем.
Эльфи сидел на коленях на полу. Его энергетическая сине-зелёная проекция тонкими пальчиками куталась во что-то. Судя по виду в плащ.
— Ты что… убивец…, - в лёгких клокотало и булькало, я не мог говорить.
Кое-как поднявшись на четвереньки я начал, свистя горлом, перемещаться в сторòну сквозняка, тянувшего по полу от двери. Воспрянувший член бодро хлопал меня по животу при каждом движении бёдер.
Нащупав дрожащей рукой внутреннюю дверь, я отпихнул её от себя и головой толкнул наружу вторую внешнюю дверь.
Накопившаяся слизь, кровь и Сила знает что ещё, выплеснулась из горла, освобождая лёгкие. Мучительный кашель рвался наружу выворачивая готовые, казалось, выпрыгнуть лёгкие. Их бурное движение вызвало рвоту. Пустой желудок корчился с судорогах, выдавливая из себя капли жгучей вонючей желчи. Казалось, этому не будет конца. Меня знобило, тело покрылось здоровенными мурашками, руки тряслись. Спутанные пропотелые космы свисали из-за спины ниже лица и перегваздались в вонючих выделениях.
Наконец, рвота и кашель прекратились и я, положив руки на порог под грудь, с удовольствием задышал пряным лесным воздухом.
Эльфи так и сидел на полу, кутаясь в плащ.
— Эльфи, — просипел я сорванным горлом, — укрой меня чем-нибудь. Холодно.
Пискнув, он сорвался с коленей, выхватил из кучи тряпья ещё один плащ и накрыл им моё озябшее тело, привалившись ко мне боком.
— Рассказывай…, - прошептал я.
— Что…, оме…? — ответил он, плотнее запахиваясь в плащ.
— Было что? — настаивал я.
— Ну… это… вы в печку огонь кинули и сознание потеряли… Я печку топил, чтобы тепло… А вы на полу лежали… Я вещи собрал… вас укрыл. Я…,оме…, ваши штаны взял. Моё рваное всё. Потом вас знобить стало. Я спать хотел… рядом лёг с вами… печка погасла. Ну вот…, - промямлил он.
Суду всё ясно.