Живот горячий, твёрдый. Нажимаешь выше пупка — боли вроде нет.
А ниже пупка — бардак. Ощупал тазовые кости с боков, целы — переломов нет. Торчат как из велосипеда. (Это ещё что?).
Между ног руку засунуть не могу — надо развести бёдра, но резкая боль в промежности (проклятый дракон!) не даёт пошевелить ногами. Только и смог провести ладонями до середины бёдер как с наружной, так и с внутренней сторòны.
Что можно сказать? Ноги целы, по крайней мере, бёдра. Чувствительность сохранена, значит, позвоночник не повреждён.
Ладно, будем вставать. Ведь движение — это жизнь? Правда же?
Ну-ка! «Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, я тебя не трòну, ты не беспокойся».
Боль. Боль. БОЛЬ!!!
Боль. Боль. Снова боль.
Как же хреново. Дышим, дышим, дышим.
Решил вставать в правую сторòну. Свёл ноги вместе. Повернул плечи вправо. Ноги тоже повёл вправо, положил их на пол. Теперь надо подвести правый локоть под грудь и поднять переднюю часть тела и опереть её на локоть. И всё это при самом внимательном участии моего дракона боли. Дышим, дышим, дышим, но не тужиться.
«Майор Амбалян медленно проворачивал раскалённую кочергу».
Сука этот майор Амбалян! Ох, как больно!
Слёзы потекли из моего правого глаза. Нос забился соплями, рот ощерился, подсохшие было губы, опять лопнули.
… Ых, ы-ых. Ш-Шш…
Дракон выполз из своего убежища (где оно у него там?) встал на задние лапы и его голова превратилась в раскалённый прут, который начал медленно вращаться в моём многострадальном анусе.
Подтягиваю ноги ближе к животу. Дышим, дышим, дышим. Дальше надо делать без раскачки, иначе не выдержу.
Поднимаю зад, опираюсь на левый локоть и на колени. ВСЁ. Сил терпеть эту боль уже нет. Ы-ы-ы-ы!!!. Горло перехватил спазм. Могу только дышать. Дышим, дышим, дышим.
По ногам потекло. Мочевой пузырь будто схватили рукой и давили на него, давили как на спринцовку. Острая режущая боль прохватила меня до затылка, жжение в мочеиспускательном канале в дополнение в кочерге майора Амбаляна не давало мне возможности вдохнуть. Остановиться я тоже не мог.
Откуда хоть течёт?
Волосы свалились с головы на лицо и пол, лбом я уперся в предплечье правой руки и попытался посмотреть вдоль живота между ног. Там обнаружился член, весьма невеликих размеров, который был занят в данный момент очень важным делом — из него вяло текла струйка мочи толщиной чуть больше спички.
Ладно, пусть занимается. Нам сейчас надо к воде двигаться. Вода важнее, гораздо важнее.
Куда хоть идти-то надо? Где вода?
Кажется, капало там. Переставляем конечности! Я сказал, переставляем! Раз, два, три, четыре. Ы-ЫХ. Дышим, дышим.
На локтях, на ладони опереться не могу — пальцы сломаны, и на коленях, задыхаясь и подвывая от невыносимой боли, пробрался к стене камеры на полу у которой стояла плошка. Выше плошки камень имел выступ, с которого срывались капли воды и падали в плошку.
Плошка давно переполнилась, вода из неё стекает в канавку вдоль стены и уходит куда-то.
Выпрямиться не могу, взять в руки эту грёбанную плошку тоже не могу — переломанные пальцы её просто не удержат.
Придется пить прямо с пола. Вытягиваю губы и пытаюсь дотянуться ими до воды, к горлу подкатывает спазм… глоток сделать не удалось. Шея затряслась, не выдерживая веса головы.
Такая желанная вода, вот она, только дотянись. Ну…, ну же, давай, надо напиться. Тело, стоявшее на четвереньках, зашатало.
Дыхание перехватило, к горлу подкатил комок, лёгкие вытолкнули воздух и жестокий кашель разорвал брòнхи и сорванное горло. Выталкиваемая лёгкими мокрота перекрыла гортань, воздух со свистом и сипом втягивался в грудь и в мучительных спазмах выплёвывался назад.
Раскрытый рот, в попытках обеспечить тщедушное костлявое тело живительным кислородом, задушенно хватал холодный вонючий воздух камеры. Левую сторòну головы и глаз дёрнуло болью.
Тело тряслось, кашель выворачивал лёгкие, мокрота свистела и булькала в груди. Тряска разбудила моего «любимца» — адская боль прострелила промежность и заставила тонко завыть…
«Блядь, только этого не хватало. Сдохну я тут. Только тубика не достаёт.».
С трудом остановил кашель, опасаясь сделать лишнее движение, осторожно потянулся обмётанными, растрескавшимися губами к воде.
Живительная ледяная влага попала в рот. Сделать удалось только пару глотков — холодная вода снова вызвала кашель…
Задыхаясь, стоял над плошкой, упёршись теменем в стену. С выступа камня на затылок капали ледяные капли. Мокрота подкатывала горлу. Рот наполнился металлическим привкусом. Сплюнул тёмным на пол. Тягучие нити слюны свисали из судорожно хватающего воздух рта
Кровь…
«Ещё раз»… Опять тянусь к воде.
Пить пришлось пополам с волосами, так как отросшие космы, свисая с головы, полоскались в моей (МОЕЙ!) воде…
Попытался правой кистью утереть рот и почувствовал, что губы провалились в рот. У меня не было передних зубов на обоих челюстях!
Коренные были в наличии — удалось прикусить щеку изнутри.
Звери в нижней половине моего тела немного успокоились, боль стала терпимее.
Дальше-то, что делать?