— Поняли, что делать? Теперь… Янка! — снова командовал я.
— А? — откликнулся он.
— Одеться помоги. Что-то нехорошо мне. И это… окно закрой, шторы задёрни и только потом свет включи.
Живо подскочивший Янка, захлопнул окно, задёрнул шторы, включил освещение и помог мне натянуть трусы, носки и рубашку.
— Волосы в косу! — приказал я.
Янка в одной расстёгнутой рубашке на голое тело принялся, переминаясь по ковру босыми ногами, расчёсывать мои патлы и плести косу.
Голый Шиарре сидел на кровати и наблюдал за мной не отрывая покрасневших глаз и шмыгая носом.
— Оле, одевай и причёсывай оме Шиарре. Волосы тоже в косу, — уже одевшийся Оле получил от меня указание и быстро принялся рыться в шкафу, отыскивая подходящую для Шиарре одежду.
— Нет, такие одевать не надо, — сказал я, увидев, что Оле вытащил из шкафа стринги из трёх верёвочек и подаёт их Шиарре.
— Почему? — удивлённо спросил оме.
— Если придётся долго идти, всё себе разотрёшь до крови. Тебе это надо? Если нравятся, просто с собой возьми — места много не займут, — ответил я.
Оле снова нырнул в шкаф и начал перерывать нижнее белье Шиарре.
Тем временем Янка закончил возиться с моими волосами и, развевая полы рубашки, метнулся к тому же шкафу, что и Оле и начал вытаскивать из него штаны из плотной толстой ткани серо-стального цвета, такую же куртку и темно-коричневый жилет из толстой кожи. Оттуда же были извлечены сапоги того же цвета, что и жилет и всё это добро было переправлено к креслу в котором я сидел.
— Погоди…, - сказал я присевшему возле меня Янке.
Сил не было совсем и с этим надо что-то делать. Ничего кроме упражнений, показанных оме Листерину, мне в голову не пришло и я, сделав вдох от местного солнца, начал отсчёт. По мере того как я вдыхал и выдыхал состояние моё улучшалось и слабость отступила. Нет, с этим определённо надо что-то делать. Так невозможно.
Быстро одевшись, я натянул сапоги и, оставив заполошно одевавшихся и собиравших вещи омег, вышел из спальни. У меня тут ещё двое. И эти двое паникёры каких поискать. Надо их тоже будить.
Зайдя в комнату, где спали Эльфи и Лило, я увидел, что окно в сад, подступавший вплотную к окну комнаты для слуг, открыто и слабый ветерок едва колышет занавески на окне. Багрово-фиолетовая полоса закрывала уже половину неба. Ну вот и наступил наш последний день — подумал я, — что нас ждёт?
Осторожно выглянув из окна наружу, я заметил пару освещённых окон — очевидно тоже кто-то проснулся в покоях знатных обитателей замка. Хоть бы догадались окна задёрнуть, ночью же свет видно за 100500 километров, раздражённо подумал я.
Прикрыв окно, задёрнул шторы и подойдя к кровати осторожно дотрòнулся до плеча спавшего у края Эльфи. Он, почувствовав прикосновение, не просыпаясь потёрся щекой о мою руку. Лило спал у стенки обняв Эльфи сзади.
Я поймал осветительный шарик, притащенный в своё время Янкой из библиотеки и надавил на него, заставив светиться тусклым светом.
— Эльфи… — снова потряс я омегу за обнажённое плечо.
— А… это вы, оме, что уже пора вставать? — проснулся Эльфи и потянулся, выпростав руки из-под одеяла. Лило продолжал спать, уткнувшись носом между лопаток Эльфи.
— Вставай… и Лило буди, — тихо сказал я.
— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Эльфи, толкая Лило локтем.
Лило вздохнул и открыл глаза, по прежнему не отпуская рук, сжимавших Эльфи.
— Лилочка, отпусти меня, мне вставать надо, — пропищал Эльфи, пытаясь разнять руки Лило на своей груди. Тот вздохнул и отпустил друга. Откинув одеяло, Эльфи под моим пристальным взором вылез из кровати и, поправив свои, как выяснилось накануне, наимоднейшие стринги, продефилировал к шкафу с одеждой. Лило, проводив взглядом омегу, тоже откинул одеяло и спустил ноги на пол. Поднявшись, он потянулся, хрустнув косточками и походкой от бедра, проследовал за Эльфи к тому же шкафу.
— Лило, а ну-ка подожди, что это у тебя? — остановил я его.
— Где, оме? — повернулся он спиной ко мне, обнимая сзади стоявшего лицом в шкаф Эльфи.
— Да отойди ты от него. Отпусти, — я взял Лило за тёплую со сна руку и потянул на себя, — вот здесь, — указал я на его вздыбившиеся спереди полупрозрачные трусики-шортики.
— Ой, оме…, - Лило опустил глаза на свой вздыбленный член и густо покраснел. У него была эрекция! Это в его-то возрасте!
По моим прикидкам Лило был скорее всего ровесником Эльфи, а значит ему не меньше 20 лет. В библиотеке я много читал о физиологии омег. Их организм постоянно находится на грани баланса между мужскими и женскими (ну это я их так назвал для ясности) гормонами. В период полового созревания, а это примерно 12–13 лет, первой запускается мужская половая система — иначе чем можно объяснить наличие гениталий мужского типа, в этот период у омег бывает эрекция и даже поллюции. В паре работ искусников-медиков даже попадались сведения о наличии в этом возрасте в сперме омег живых сперматозоидов! Потом, по мере развития женских репродуктивных органов, работа мужской половой системы прекращается и эрекция пропадает — очень часто навсегда. Но не у Лило!