Подругам же я упорно твердила, что только рада вечному отсутствию венценосного супруга, что его чрезмерное ко мне внимание и опека уже ужасно мне надоели и приелись, что я хочу глоток свободы, что он меня бесит и вообще я его терпеть не могу. Я делала вид, что мне все равно, на самом же деле моя душа и сердце кровоточили, а в голове, на благодатной, растравленной словами Демонессы Азазель почве, проросли зерна сомнения и ревности.
Два месяца, всего два месяца прошло со дня нашей свадьбы, а Каин уже начал игнорировать меня и не ночевать дома. В такие ночи я в одиночестве ревела в подушку и пыталась усмирить и убедить себя, что мне ни капельки не больно, что я вовсе его не ревную, что он мне вообще не нравится, не герой моего романа и не предел моих мечтаний. Но с каждой такой одинокой ночью это делать становилось все труднее и труднее.
Когда же Архонт находил время в своем плотном графике для меня, я думала, что оттолкну его, отмахнусь как от назойливой мухи. Но не могла! Сама бросалась ему в объятия, целовала небритое лицо, любимые губы, терлась об него, как похотливая кошка и кончала в его руках, выкрикивая его имя. И снова одна, снова слезы, снова проклятья в его адрес. Выматывающее душу время. После третьего его отсутствия ночью я все же набралась смелости спросить в чем же дело и что случилось:
— Не понимаю, почему ты не можешь выкроить и пары часов в сутки для своей супруги? — бухтела я ему на ухо, пока он скоро принимал душ и собирался вскоре отчалить на очередную планету, требующую его личного присутствия.
— Не думал, что доживу до того дня, когда моя Шая начнет скучать по мне, — улыбаясь отвечал Архонт.
— Не переводи все в шутку! Скажи честно — я тебе надоела?
— О-у, ты ревнуешь, серьезно? — округлил глаза муж.
— Еще чего? Просто это не нормально, что муж при живой жене шастает по другим…в общем, непонятно где.
— Шая, я реально сейчас зашиваюсь. Амбарат за последнее время сильно сдал, наворотил дел и оставил кучу косяков, Килиан не в теме всей кухни, только пытается вникнуть в процесс своей работы, но львиная доля всех проблем сейчас легла на меня и это, не считая, моих основных обязанностей. Я не сплю две недели к ряду, только Иглос спасает, а ты мне говоришь, что я шастаю по бабам? Серьезно, детка?
— Я просто не знаю, что и думать, — в отчаянии выдохнула я, — тебя нет и я…
— Я знаю, малышка, и тоже очень по тебе скучаю. Потерпи немного, скоро этот аврал сам себя изживет и все станет, как прежде. Обещаю. Только верь мне, ладно?
— Ладно, — буркнула я.
— Шая, девочка моя, обещай мне, — настаивал Кай.
— Хорошо, обещаю, что буду верить тебе и не буду поддаваться паники.
— Умница моя. Если хочешь, я попрошу Хеллу передавать тебе местоположение всех моих координат по всплескам като-активности, м?
— Кай, это лишнее, — а у самой сердце забилось чаще.
— Ерунда, зато так ты будешь знать где я, на какой планете и чем занимаюсь. Я не хочу, чтобы моя жена не доверяла мне.
— Доверяй, но проверяй, да?
— Что-то типа того, — улыбнулся, крепко поцеловал в губы и был таков.
После этого разговора я немного успокоилась — еще бы, стал бы Кай давать мне инструмент слежения за собой, если бы действительно начал мне изменять. Я прилично расслабилась и даже не стала требовать с Хеллы отчетов о перемещении Архонта.
Единственная, кто был в курсе моих сердечных метаний — это Дипса Соато, сестра домоправителя на Ильпэ. Как-то, на вторую ночь, когда я орошала свою подушку горючими слезами, она ворвалась в нашу спальню и начала утешать меня, нежно гладя по голове и нашептывая милые глупости. Добрая женщина, милая и участливая, она стала мне настоящей отдушиной в моей непростой супружеской жизни. Я часто обращалась к ней за советом, она заплетала мои розовые волосы в замысловатые косы и часами могла говорить со мной обо всем и ни о чем. Мы невероятно сблизились, до такой степени, что я даже стала пренебрегать встречами с подругами.
Так, спустя два с половиной месяца после свадьбы, после очередной одинокой ночи на Ильпэ я, спускаясь вниз на завтрак, застала брата и сестру Соато за странным разговором:
— Девочка душу себе рвет, каждую ночь, что его нет, уже не плачет, но я чувствую, как она все равно переживает, — громким шепотом упрекала Дипса своего родственника.
— Не лезь не в свое дело, Дипса. Или хочешь лишиться работы, болтая языком то, что не просят?
— Но она рано или поздно все равно узнает! — в сердцах уже шипела женщина.
— Вот и пусть сами разбираются, а ты держи рот на замке! Все, разговор окончен!
О чем я должна рано или поздно узнать? Сомнения с новой силой стали грызть душу и выматывать меня. Я пыталась заставить себя проверить перемещения Кая через Хеллу, но так и не смогла, он просил доверять ему, а я обещала и должна держать свое слово.
