Радоваться буду! Вот прям биться в экстазе. Типа, «а не достанься же ты никому»!
Тем временем Архонт соскоблил себя с пола и двинулся в сторону уборной, очевидно, удалять следы мой ментальной атаки. Надо же, даже идет так бодренько, видимо мало я его шарахнула, надо было посильней приложиться. Упырь!
— Как там на Земле говорят? Бьет, значит любит? Сочту за комплимент, радость моя, — ухмыляясь и охая пропел муж.
Люблю, люблю, даже не сомневайся, так люблю, что убила бы. Так, а теперь надо уносить из спальни ноги, а то еще начнет домогаться и я его точно мочкану ненароком, вот будет умора. Быстро прошла в гардеробную, не глядя цапнула первые попавшиеся шмотки, оделась и сбежала за задний двор. Но этот назойливый тип не долго наводил марафет, явился минут через пять. Еще и вырядился, точнее не вырядился совсем — на голом загорелом, таком идеальном для меня теле, были одеты только легкие купальные шорты.
— Родная, ты плакала? Что совсем так плохо себя чувствуешь? — участливо спросил Кай и потянул ко мне свои конечности, видимо, приласкать удумал. Ну нет, только не это! Одернула руку и резко подскочила с лежака.
— Надолго явился? — выпалила я.
— Этот твой вопрос очень смахивает на то, что ты не очень-то и рада меня видеть, — задорно рассмеялся Кай.
В яблочко, красавчик! Ты прям сновидящий!
— Нет, что ты, просто не хочу, чтобы ты видел меня такой разбитой и больной, — сочиняла я на ходу.
— Давно тебе нездоровится? — озабоченный тон, нахмуренные брови.
— Да вот, со вчерашнего дня все никак не отпустит, — хоть тут врать не пришлось.
— Может покажемся целителю?
— П-ф-ф, ерунда, немного тишины и покоя и все пройдет, вот увидишь.
— Детка, может ты беременна? — а рожу-то какую довольную скорчил, ну артист, прям талантище. Для полного «счастья» мне от тебя осталось только залететь напоследок и все, можно начинать сходить с ума от обилия крутых поворотов судьбы.
— Послушай, Кай, может ты пойдешь и займешься своими важными делами, ну там с Килианом этим понянчишься, а? А я пока в себя приду, настроюсь, как говорится, на позитивный лад. А то, чего доброго, еще раз тебя долбану своим като-полем, ну кому это надо? — увещевала я супруга, желая поскорее избавится от удовольствия любоваться этим предателем. Это выше моих сил!
— Нет никаких дел, малышка, я пахал, как проклятый, чтобы до конца недели быть только с тобой, — тихо проговорил Кай, сжимая руки в замок и опуская глаза в пол.
Вот же галактическое дерьмо! Как все не вовремя, то. И что ж делать-то теперь? Ну хоть иди и вешайся.
— Пойду вздремну, — желая поскорее отвязаться от него, бросила я.
— Я с тобой…
— Нет!!! — заорал я.
— Шая, в чем дело? — тяжелый выжидающий взгляд в упор, проигнорировать нереально.
— Я просто хочу побыть одна!
— Помнится, ты жаловалась, что одиночества в твоей жизни стало слишком много. Ну так вот он я! И что я вижу? Жена шарахается от меня как от прокаженного и хочет сбежать!?
— У тебя, с твоей работой совсем крыша поехала!?
— Пусть так, но сейчас я хочу быть рядом с тобой, по возможности, в одной постели и совершенно голым.
— А больше ты ничего не хочешь? — злоба уже вырывалась синими всполохами огня в моей душе, и я боялась, что не смогу его удержать и опять обрушу весь свой гнев на этого бабника.
— Тебе по пунктам перечислить? Это будет долго.
— Да уж не сомневаюсь!
Кобелина! Нагулялся на стороне, а теперь еще ждет, что я радостно перед ним ноги раздвину, да хрен тебе моржовый.
— Я знаю, что ты обижена на мое отсутствие в последнее время, но вот он я и готов компенсировать тебе все неудобства в двойном размере. Прямо сейчас, малышка, — нагло ухмыляясь и поигрывая бровями, опять попытался перевести наш разговор в шутку и горизонтальную плоскость Архонт.
Азазель своей компенсируй неудобства, герой-любовник, а мне хватит! Сыта по горло!
— Ты меня вообще слышишь? Хоть что-то имеет значение для тебя, кроме твоих прихотей или желаний, а? Я говорю, что хочу отдохнуть, побыть одна. Одна, мать твою, Кай!!! — не смогла сдержать я накатившую злость и слезы. Только не это, моей истерики он не увидит. Развернулась и бросилась опять в дом, назад, в свою первую отдельную спальню. О, Космос, неужели мы так и будем бегать друг от друга все два дня до выходных, пока не настанет время уйти окончательно? Где же взять сил?
Шагов за собой не слышала, конечно, бегать за припадочными Элементалами не чета Великому Архонту.
Дверь приказала Хелле закрыть изнутри и никого не пускать. Мне нужно поспать и побыть одной, а там видно будет. Голова коснулась подушки, глаза сами собой заплакали, но уже через пару минут я погрузилась в тяжелый, наполненный удушливыми сновидениями, сон.
Я видела уродливого, наполовину сгнившего трупака, который скалился безгубым ртом, безумно хохотал и хлопал в ладоши. Рядом с ним, с ног до головы, укутанная в черный саван, стояла тонкая женская фигурка и бормотала слова на языке мертвых, перебирая в руках могильные четки. А перед ними на коленях, сломленные и порабощенные, стояли Верховные. И в этом странном сне я, почему-то все думала, горько вздыхая «не получилось, не вышло».
