Из сна меня выдернули чьи-то руки, нежные и сильные, одновременно. Я силилась проснуться, открыть глаза и посмотреть на их обладателя, но у меня все не получалось — сладкая тягучая нега накатывала на меня без остановки, утягивая в свои полубессознательные сети. Хорошо! Не хочу просыпаться, согласна.
Чувствую, как меня раздевают, футболки уже нет, шорты и трусики тоже задержались на мне не долго. Да! Так на много лучше!
Сладкие, сводящие с ума, губы накрыли мои в чувственном танце влажного, откровенного поцелуя. Долго и качественно играли с моим языком, пока тянущая истома внизу живота не превратилась в огненную пульсацию. Спустились ниже, на шею, а потом горячий и такой умелый рот сомкнулся на моем левом соске. С ума сойти!
Сама приглашающе развела ноги и его ладонь тут же заплясала на сосредоточие моего желания, уверенно, чувственно, с оттяжкой, так, что можно кончить только от этих порхающих движений. Но мне не дают этого сделать, переворачивают на живот. Протестующий стон и ощутимый шлепок по попе в ответ. Не справедливо! Ноги сведены вместе, сверху придавленные весом тяжелого мужского тела и мокрых складочек, наконец-то касается тот самый орган, что так сильно сейчас мне нужен. Давай же, черт возьми, не тяни!
Один уверенный и резкий толчок и меня подбрасывает на аттракционе невиданного наслаждения. Кайф же! В чистом виде!
Прихватывает мои руки, заводит за спину и плотно фиксирует захват, насаживая меня на себя, все сильнее и сильнее. У меня совершенно нет контроля над процессом, в голос стону и сучу ногами, в надежде получить такую вожделенную разрядку.
Как по щелчку туман в моей голове проясняется, и я выныриваю из полусна, полуяви, понимая, что сверху на мне сидит Кай и трахает меня на полной мощности. Это пиздец, товарищи! Хуже может быть только, последовавший после этого понимания и осознания, мощнейший оргазм, выдавивший из меня агонизирующий вопль, что я заглушила в подушку. А он все двигался и двигался во мне, одной ладонью удерживая захват моих рук, а другой лаская грудь. И не было сил его остановить, потому что никому не под силу прекратить самое прекрасное что может быть у тебя с любимым человеком. Пусть даже он обманул и предал тебя. Размазня, согласна! И вновь соленые слезы обожгли веки. Космос, когда же это закончится?
Пара последних особенно резких движений бедрами, укус в плечо и Каин кончает в меня с каким-то полу стоном, полу выдохом наслаждения, затем сгребает в свои крепкие объятия, еще теснее вжимая меня в себя.
— Отпусти, — шепчу я хрипло.
— Никогда, — отвечает мне Архонт.
Глава 17
Я поняла, что если не сумею справится со своей болью и яростью по отношению к этому мужчине, то он просто глаз с меня не спустит и будет коршуном следить за всеми моими поступками и перемещениями. Нет, нужно постараться отбросить претензии и эмоции в сторону, вести себя, как раньше или даже, наоборот, еще лучше, делая то, что он от меня ждет — услужливость, ласка, забота, внимание.
Что я и сделала. Мы проснулись в одной кровати только к позднему вечеру. Именно трезвый, выспавшийся взгляд на вещи дал мне силу и ясность в действиях. Лежала рядом с ним, смотрела на спящего и такого любимого предателя, и понимала, что должна делать и как.
Проснулся, потягиваясь всем телом, двумя руками резко притягивая меня к себе и томно прошептал:
— Прием, прием! Как слышно? На связи злючка-сердючка или моя Шая все же вернулась ко мне?
— Вернулась, — целуя в шею, отвечаю я, — вернулась и просит прощения за свое поведение, я была плохой девочкой и готова исправится. Позволишь?
— Я позволю тебе все, что ты захочешь, только будь рядом, — притянул меня еще ближе и удерживая руками за попу, закинул меня на себя.
— Ну куда же я от тебя денусь? — улыбаюсь я, смотря прямо в его невозможные лживые глаза. И сама сейчас ему соответствую как нельзя лучше.
Сердце на куски, меня изнутри всю ломает и корежит от тоски и боли. Я уже сейчас начинаю понимать весь масштаб проблемы — как я буду жить без него? Как? Проще сдохнут! Может плюнуть и согласиться с такой судьбой, вечно быть на вторых ролях, мириться с другими женщинами в его жизни, проглатывать обиды, выкорчевывать ревность из своей души, но быть с ним? Собирать крошки его внимания и довольствоваться малым? Нет! Лучше загибаться от одиночества, чем терпеть предательство. Не смогу — железобетонный факт.
Сама целую, сама ласкаю его тело руками, сама насаживаюсь на него сверху. Еще два дня близости, а потом годы пустоты. Я выжму из этого времени все, что смогу и уйду, не оглядываясь. Подыхать буду, но не прощу, никогда, ни за что!
Остаток вечера мы провалялись в кровати, я слушала, как Кай рассказывает о своих делах, об успехах нового Ра — Килиана Аль-Надира, о проблемах и заботах правящей элиты. Что сказать? Виртуозный лжец. Ни прикопаешься, так все ладненько и складненько. Аплодисменты в студию, мать твою!
