— Нет, Дорея, — девушка судорожно сглотнула и помотала головой. — Я обещала отцу заботиться о замке, пока его нет, и сдержу слово. К тому же, мы не знаем, может, отец и Робиан живы и вернутся сюда, так что я останусь здесь.
Дорея ничего не ответила, но потом не раз пыталась уговорить Виану не ждать герцога, убеждая, что он был бы счастлив знать, что его дочь в безопасности. Виана же стояла на своем; она была слишком чиста и наивна, чтобы предполагать, что варвары могут сделать с ней что-то плохое. Конечно, она знала истории об изнасилованных захватчиками девушках, но считала, что подобное случается лишь с крестьянками; она же как дама благородная заслуживает лучшей участи, и варвары, зная об этом, ее не тронут.
И в некотором смысле, она оказалась права.
Пять дней спустя, у подъемного моста замка оказались двое мужчин.
Длинноволосые, широкоплечие, коренастые, они не были уроженцами Нортии; в глаза бросалась и их грубая одежда, смастеренная из невыделанной кожи и шкур. Они не смахивали на тех обезьян, что снились Виане. Оба держались важно, даже торжественно, что слегка облагораживало их грубый внешний вид.
— Король Арак приветствует хозяйку замка и велит ей через три дня быть в Нормоне!
Пришедший говорил по-нортийски, хотя и с сильным гортанным акцентом, выдававшим в нем чужака. Виана, исподтишка наблюдавшая в окно за посланцами Арака, почувствовала, что нужно ответить, и вышла на балкон прежде, чем Дорея успела ее задержать. Стоя на балконе, девушка внимательно рассматривала дикарей. Один из них мог похвастаться длинными усами и заплетенными в косу волосами. Второй, повыше ростом, с гривой нечесаных волос и густой бородой, скрывавшей лицо, был весьма свиреп с виду.
Усач постарался отвесить галантный поклон, но его попытка оказалась неудачной, ибо грацией и изяществом он не дотягивал даже до самых неуклюжих нортийских рыцарей. И все же Виана по достоинству оценила его усилия, особенно принимая во внимание, что второй дикарь угрюмо молчал, стоя как истукан.
— Вы дочь владельца этих земель или его жена? — поинтересовался посланец.
— Где мой отец? — вопросом на вопрос ответила Виана и осеклась, поняв, что ненароком проговорилась.
— Не знаю, госпожа, мне неизвестна судьба всех людей Радиса, что дрались с нами. Приезжайте ко двору, как велел мой король, там и узнаете.
— Зачем твой господин хочет меня видеть? — спросила Виана и покрепче стиснула зубы.
— Новый король Нортии хочет знать своих подданных. Он разослал гонцов во все владения и созывает всех дворян и их наследников, чтобы заново переделить их земли.
Виане не понравились последние слова усача.
— А если я не приму его приглашение?
Дикарь равнодушно пожал плечами.
— Это не приглашение, госпожа, это приказ. Если вы ослушаетесь, он сочтет вас мятежницей, восставшей против воли короля, и пошлет своих воинов, чтобы взять замок силой.
Виана молчала, делая вид, что угроза ничуть ее не задела. Она не знала, что ответить. Должна ли она ехать ко двору по приказу вождя дикарей, величающего себя «новым королем Нортии», или же, наоборот, от нее ждали открытого неповиновения и отказа подчиняться узурпатору?
— Решайте, у вас есть время до рассвета, — сказал варвар, заметив ее колебания. — Завтра утром мы вернемся за ответом. Если вы подчинитесь повелению короля Арака, мы проводим вас до Нормона, чтобы быть уверенными в вашей безопасности, а потому другая охрана вам не понадобится. Таковы указания нашего владыки.
Виана молча кивнула. Варвары наклонили головы в знак прощания, развернулись и пошли прочь от замка. Сердце девушки продолжало бешено биться, пока гонцы не скрылись за поворотом.
— Что же мне делать? — в отчаянии прошептала она.
— Бегите отсюда, госпожа, бегите скорее! — торопила Виану бледная как призрак Дорея. — Вдвоем эти дикари не смогут захватить замок. У вас есть время бежать, пока не подоспели остальные!
— И отдать им Рокагрис? — Виана покачала головой. — Я не могу так поступить. Я должна сохранить родовое поместье до возвращения отца и буду сражаться.
— Но, девочка моя, а вдруг он не вернется? — еле слышно выдавила кормилица.
— Тогда… — Виана нервно сглотнула, — я стану наследницей, и это еще больший повод защищать свои земли. Хотя… — девушка запнулась на секунду, а затем продолжила, — пожалуй, мне следует поехать ко двору и узнать, что с отцом…
— Нет, госпожа, ни за что на свете! Вы окажетесь в руках дикарей!
— Мне кажется, что для дикарей они весьма учтивы и галантны, — ответила Виана. — У меня нет выбора, Дорея. Если я сбегу, дикари без боя захватят владения отца, а если я не последую призыву этого Арака, меня сочтут бунтаркой и нападут на замок… а я… я не смогу его отстоять. Как знать… может… может, при дворе я смогу разузнать свое истинное положение. Может, мне оставят владения до возвращения отца, или… даже если он не вернется.
Дорея ничего не ответила, лишь беспокойно кусала губы.
— Король Радис и принц Бериак погибли, — продолжала Виана, — но что будет с королевой и принцем Элимом?