Коронованный Бастиан решил, что чем сильнее бьёшь плетью, тем послушнее слуги. И никогда не задумывался, отдавая бессмысленные и невероятные приказы или посылая кого-то под топор палача. Если учесть, что отцом его крутить можно было легко и беспрепятственно, то министрам и многим приближённым ко двору пришлось нелегко избавляться от этой привычки. Самовлюблённость и гордая непримиримость, граничащая с глупостью, заставила народ ещё в первый год его правления назвать его тираном, ну а он это звание поддерживал со всей жестокостью, на которое его молодой извращённый ум был способен. Из-за того, что ему взбрело в голову, что его отец был отравлен, многие были отдалены от двора, а кое-кто погиб в пыточных камерах. Радак едва удержался на своём прежнем месте, снискав в некоторой мере расположение мальчишки, получившего власть в свои руки, но его положение было шатким. Необходимость всегда бросаться на зов Бастиана и выполнять всё, что бы тот ни пожелал, заставляла пробуждаться гнев и раздражение, которые были непозволительными. Со стороны выглядело, будто бы граф Радак спит и видит, чтобы услужить королю, и Бастиану это нравилось. Радак легко помогал арестовать тех, кого Бастиан называл - или подумывал назвать - предателем, и также добывал надуманные обвинения, чтобы снискать расположение, не задумываясь о том, что ещё вчера он сидел за одним столом с человеком, обречённым на пытки и смерть. Несколько раз он едва удерживал свой титул и владения, когда кто-то из стражи вдруг ловил его шпионов во дворце. Радак, как и многие другие, желал знать наперёд всё, что бродит в голове у мальчишки, который думает, что, надев корону, уже стал властелином мира, и своих шпионов запустил даже в личную гвардию короля. Если вдруг кто-то из них прокалывался, приходилось убивать его, всех, кто о нём знал, а потом снова лизать этому нахалу пятки, чтобы тот не подумал о том, что граф Льув Радак только занимает место, и толку от него никакого.
Всё это держало Радака в постоянном напряжении и желании лично заставить этого мальчишку мести полы в его графских покоях. Он только и мечтал о том, чтобы найти предлог и возможность свергнуть короля, но того поддерживала армия, а с армией пока Радак был не в силах тягаться, и приходилось смиряться с пожеланиями Бастиана. Знание, что если Бастиану захочется, чтобы он пошёл собирать милостыню, он будет обязан это сделать, заставляло Радака скрежетать зубами.
Но это ненадолго.
Радак усмехнулся. Огромное зеркало напротив отразило его озлобленное жестокой маской приближающейся радости лицо. Ему было всего сорок три, и он ещё имел все шансы занять трон Бастиана, как только тот освободится. А тот освободится очень скоро, и ради этого стоит потерпеть.
Когда Хозяин обретёт могущество в этом мире, ничто не остановит его. А если Радак будет верно служить ему, он даст ему такую силу, с которой не страшна будет даже армия Бастиана.
Он заставил расползавшиеся в злорадной улыбке губы вновь сжаться в тонкую нитку.
"Сделай вид, что ты озабочен поисками того человека, а не размышляй о том, чего ещё нет!" - одёрнул он себя. Не исключено, что у Бастиана тоже есть шпионы во дворце графа Радака. Коронованный юнец не верит никому, даже собственной тени.
– Господин! - дверь в залу распахнулась, и слуга замер в низком поклоне.
– С каких это пор слугам позволено врываться без позволения? - холодно спросил Льув и заметил, как образовались на висках слуги капельки пота.
– Простите меня, господин! Но посланные вами люди вернулись! Они привели того человека, о котором вы…
– Прекрасно! - прервал его Бастиан и поставил кубок на край чаши фонтана. - В честь этой радостной вести я тебя прощаю! Пусть они приведут его сюда, и прикажи, чтобы с ними расплатились. Дайте им столько, сколько они пожелают! - он взволнованно потёр пальцы. Лучше охотники за головами в городе вернулись и привели того, кто посмел поднять руку на его величество Бастиана… Радак искренне не завидовал этому бедняге, но даже отдалённой жалости не испытывал. - И прикажи послать гонцов ко двору его величества, пусть передадут от меня поклон и весть о том, что посмевший поднять руку на короля найден, и я лично сопровожу его во дворец! - добавил он.
Слуга поклонился и скрылся, радуясь, что для него всё так хорошо обошлось.
– Неужели это может быть правдой, - негромко произнёс Гаранд Астиан, Клинок Света, когда Стражи Кертис и Увлер, изредка перебивая друг друга, кончили говорить.
Мысли были смешаны, и Клинок не мог заставить себя справиться с сомнениями и недоумением.
По рассказам Стражей, едва они попали в деревню, расположенную рядом с горами, они сразу поняли, что прежнего источника Силы Ночи там нет. Им сказали, что только двое мальчиков сейчас в горах Стегоса, а сестра одного из них, которого звали Сатиан, рассказала о Воине Тени. О теле Воина Тени.
