– Жасин. Я точно знаю, что Бару - Воин Тени, - произнёс он. Такому человеку, как Жасин, не следовало говорить о том, что Марил - слуга другого Лорда Тени, и что, по соображениям Марила, этот Лорд сумел вытащить Бастиана и Тэма. Последняя мысль согревала Марила - есть надежда, что они все живы. - Я знаю это от моего друга-Хранителя, - добавил он.
Лицо гвардейца исказилось гневом. Он сжал кулаки, глядя на Марила с недоверием и - что невольно польстило Ат Лаву - настоящим теперь уже уважением.
– Бару - слуга Ночи? - переспросил он.
– Точно, - отозвался Марил. - Абсолютно точно. А я всего лишь надеялся узнать в Алвалене, живы ли… король Бастиан и мой друг.
Гвардеец поджал губы. Сурово глядящие глаза смягчились:
– Чтобы его величество Бастиан вернулся, мы должны свергнуть этого проклятого Бару! Трон должен принадлежать королю Бастиану! Ты должен мне помочь, - заявил Жасин. - Мы должны набрать достаточно сторонников.
– О, Свет! - воскликнул Марил. - Я всего лишь…
– Ты не хочешь восстановить справедливость, Марил Катдаин? - нахмурился Жасин. Марил понял, что угодил со всеми своими откровениями в страшную ловушку.
– Хочу, - едва не пискнул он. - Но для этого нужно… Много людей. И потом, Бару - Воин Тени…
– Мы сумеем поднять против него Алвален! Да будет с нами Свет!
"Камень Света, да он безумец! - воскликнул Марил про себя. - Свергнуть Бару! Я обязан найти милорда Зэрандера и…"
Достаточно было взглянуть в лицо Жасину, чтобы понять: он Марила теперь из своих рук не выпустит.
– Можешь переночевать сегодня здесь, - Жасин тревожно выглянул на улицу. - Завтра у меня день, свободный от службы, и мы всё обсудим. Я найду тебе потом дом, где ты сможешь жить. А пока, мне надо подумать, - он развернулся и ушёл.
– Куда я попал? - прошептал Марил. - Надо бежать отсюда! Свет!
Но вместо того, чтобы бежать, он оглядел внутренний дворик и заметил сарайчик. Забравшись в этот сарайчик, он и проспал там всю ночь сном младенца.
Поздний вечер был прохладным и дождливым. Вассатаэль стоял на крытом балконе, разглядывая крыши раскинувшегося вокруг города, называемого Сэнктимом, в котором располагался Орден Хранителей, и думал о том, что будет, если кто-то всё-таки разузнает о его клятве.
Это волновало его больше всего остального. Он очень боялся снова разгневать Хозяина, но ещё больше боялся, что придёт некто, посланник Хозяина. Придёт прямо в Сэнктим. Кто знает, что случится после этого?
В дверь постучали, и вошёл слуга в белой одежде. Все в Ордене носили белое, даже слуги, за исключением тех, что сопровождали Хранителей вне Сэнктима.
– О, Пресветлый, - поклонился он, - проситель просит увидеть вас.
– Уже поздно, - нахмурился Вассатаэль. Не каждый проситель мог попасть на аудиенцию к самому Пресветлому Хранителю. Должно быть, важная и богатая шишка.
– Он настаивает, - Вассатаэль обернулся и заметил, что слуга слишком бледен, чтобы не быть напуганным. Что-то нехорошее завертелось у Вассатаэля где-то в животе.
– Я приму его, - он с трудом заставил себя не прошептать эти слова.
"Что за глупости… Не может же посланник Хозяина придти, как проситель… Или может? О-о, за что мне это!"
Слуга торопливо скрылся. Вассатаэль сел в кресло, с волнением глядя на двери.
Вошедший грубо оттолкнул слугу и прошёл, захлопнув дверь.
Если так поступают просители, то Сэнктим - это просто ферма и ничего больше.
Мужчина телосложения опытного воина и высокомерия настоящего лорда, ничуть не переживая о том, где он находится, прошёл вперёд. Вассатаэль не мог разглядеть его лица - лихорадочно бегающий взгляд Пресветлого Хранителя притягивали чёрно-золотисто-зелёные доспехи с изображениями чёрного солнца - знака Ночи, и сжатой в кулак ладони - знака Смерти. У него появилось ощущение, что в кулаке этом зажат сейчас он сам.
Человек перед ним был Воином Тени.
– Встань, - последовал приказ. Вассатаэль попытался вставить слово, но он не дал этого сделать, схватив его за белый широкий воротник и подняв на ноги, резко тряхнув. - Отныне если я говорю тебе встать, ты встаёшь, а если я говорю тебе броситься в окно - ты бросаешься, - Вассатаэль испуганно ойкнул. На лице Воина Тени затейливыми зигзагами выколоты были змеи. Одна из них превращалась в его глаз - злой горящий гневом глаз. - И ты не смеешь мне перечить. Отныне я - твой господин, червь.
– Да, господин, - пролепетал Вассатаэль.
"О, Свет!" - взмолился он мысленно, и ощутил, как в ответ на эту мысль пробираются под кожу колючие жучки.
– Бумагу, - потребовал Воин. - Хозяин сказал мне, что ты должен передать мне бумагу.
– Она… В спальне, господин, - Вассатаэль с ужасом содрогнулся при воспоминании, что случалось с ним, когда он пытался взять эту бумагу.
– Принеси её мне, - сильная рука отпустила его, и Вассатаэль с трудом устоял на ногах.
– И не заставляй меня ждать, - догнал пятящегося Вассатаэля голос Воина.
