Пока он свою речь толкал, мордовороты вроде как вязать «Осипа» собрались, а что бы тот и не вздумал сопротивляться, родственник из-за печки обрез достал. Спасло нашего разведчика то, что он «лимонку» с собой взял. Когда в гражданку переоделся, чеку выдернул, гранату в руке зажал и платком перевязал, вроде как порезался сильно. Боялся очень немцам в плен попасть, вот его «домашняя заготовка» и выручила. Когда понял, что шуткой и не пахнет, он повязку с руки сорвал и бросил подарок под ноги родственникам, а сам рыбкой в окно прыгнул. Хозяин дома умудрился из комнаты выскочить, а вот братья в дверях застряли. Их и посекло осколками. «Осип» за соседским сараем укрылся, прикидывая куда податься. К его удивлению ни какой паники не поднялось. Просто на шум пришли соседи, а вот когда два трупа в доме увидели, то забегали и даже патруль немецкий привели. «Осип» спокойно в толпе постоял и послушал, о чем народ говорит. Шумели много о чем, но официальной версией признали, что погибшие готовили самодельную бомбу, для диверсии на аэродроме. В подтверждении этого говорило военное снаряжение, найденное в доме и то, что хозяин был партийным работником. Немцы не долго думая решение утвердили — да партизаны, и повесили трупы прямо на воротах. Родственничек успел убежать, его так и не нашли, переводчик объявил за его поимку вознаграждение от немецкой администрации. Этот момент рассказа очень всех порадовал, один «Осип» все вздыхал:
— Ну как же так-то. Я же ему рекомендацию в партию давал, а он меня продать, как хряка хотел.
— Не переживай, ты ему рекомендацию давал, ты из него и партизана сделал. Пусть и против его воли, смотри как бы ему после войны за это еще и медаль не дали. — Сказал кто-то из слушателей.
— Встречу своими руками гниду удавлю. Не должна такая тварь по земле ходить.
Но от посещения поселка, польза все-таки была. Удалось встретить старого проверенного товарища, который рассказал много интересного. В частности он сообщил, что в поселке расквартирована лишь часть пилотов. Те, что прибыли недавно в основном живут в доме отдыха километрах в пяти южнее. Там же содержится два десятка молодых девушек и женщин, как местных так и из числа беженцев. Собрали и увезли их силой, для услады господ офицеров. Туда же позже увезли группу девушек в нашей военной форме. Парни, когда слушали, аж зубами скрипели.
— Русские своих не бросают, — говорю, что бы подбодрить и привести бойцов в чувство, — проведем операцию, соберем побольше сведений об охране и разгромим этот притон. А пока соберитесь дел много, кроме аэродрома нужно раненых к месту посадки отвести и приготовить там все к быстрой погрузке.
Вечер принес неприятный сюрприз, большая группа одномоторных Ю-87 «Лаптежников» начала готовиться к взлету раньше времени. На нашу операцию это повлиять никак не могло, самолетов на поле оставалось достаточно, но беспокоило, что основная цель — бомбардировщики, и в первую очередь те, что летают на Москву, могут избежать возмездия. Даже мысль пришла дать радиограмму на перенос времени налета, но как пришла, так и ушла. Поздно суетиться, нужно придерживаться плана. К счастью, больше нарушений графика полетов не было. Точно в условленное время радист послал сигнал готовности, а мы приготовились в случае необходимости обозначать цели ракетами. Зажигать сигнальные огни не понадобилось, наверняка сверху аэродром смотрелся светящимся как новогодняя елка. В смысле подарка для наших бомбардировщиков. Потянулись напряженные минуты ожидания. Особенно медленно ползла стрелка последние четверть часа. Первая серия бомб разорвалась в полной тишине, накрыв стоянки оставшихся двухмоторных Ю-88, звука подлета наших самолетов слышно не было.
— Как смогли-то так неслышно подобраться? — выдохнул кто-то рядом.
