— Да умеешь ты удивить. Золото штука такая — это стратегический запас страны. Тут командующему докладывать надо и республиканскому руководству тоже. То, что Пономаренко Пантелеймон Кондратьевич сейчас член Военного Совета Западного фронта это хорошо.
— Золото полностью заслуга Сомова и бойцов взвода. Я только подсказал, как все опечатать, что бы потом не сказали, что чего-то не хватает. Да и сотрудники НКВД и милиции должны присутствовать при передаче, все равно с ними общаться придется. А я с твоего разрешения отдохну, где расположиться можно.
— Выпишу тебе направление на расквартирование, и машину дам, что бы довезли.
— Есть у меня машина, я же говорил, что трофеи взяли. Кстати радиостанция дивизионная на броневике не нужна. А мне, наверное, документ получить необходимо на легковушку немецкую, что бы ни отобрали лихие тыловики.
Поругавшись на меня для вида, Худяков все организационные вопросы взял на себя. Потом налетели представители разных организаций, даже из Гохрана кто-то был. Корреспондент, которого мы высадили у политотдела, опять оказался здесь. И все время смотрел на меня с укором, как же очередная сенсация, а мы ему не сказали. Дождавшись, когда останемся одни, я не удержался и задал вопрос, который мучил меня все последние дни:
— Сергей Александрович, как же так получилось, что несем такие потери и драпаем без оглядки? Мы же рискуя всем, вовремя оповестили авиачасти.
— Не поверишь, этот вопрос задается на всех совещаниях. Уже наверное слышал, арестовали все руководство Западного фронта. Со дня на день ждем нового члена Военного совета фронта Мехлис Льва Захаровича, и он сюда не пирожки привезет. А пока вот почитай, — порывшись на столе, он протягивает лист бумаги, украшенный грифами секретности.
«… Части Военно-Воздушных сил Западного фронта вступили в войну с утра 22.06.1941 г. День этот характеризуется большими потерями, понесенными авиацией фронта от налетов противника, организацией ответных ударов по аэродромам противника Сокулув, Седлец, Лукув, Бяла-Подляска, по группировкам противника в Цехановец, Константинув, Рыгалы, оз. Сервы, Августов, Сувалки, по промышленности в Кенигсберг, Варшава.
За день 22.06.1941 г. авиацией противника были уничтожены на аэродромах и воздушных боях 538 самолетов при 143 самолетах потерянных противником. На следующий день потери сторон соответственно составляли 125 и 124 самолета и к концу июня, т. е. за 8 дней войны наши потери составляют 1163 самолета, потери противника 422. Схему ударов противника по нашим аэродромам и графики потерь см. Приложения №№ 4, 5, 6 …»
Дальше читать и смотреть не стал, разговаривать не хотелось. С трудом дождался ночи и уснул, как только голова коснулась подушки.
