Про квартиру на Манхеттене не знал никто. Никто кроме Натана. А еще Саши. Но они редко бывали в ней, лишь пару раз.
Это было то место, где соблюдалось целомудрие и спокойствие. Если коротко - никаких женщин. Такие правила установил сам Микки. Здесь он обычно обсуждал свои дела. Как ни странно, почти во все он посвящал Натана.
Саша же была исключением. И то, потому что у нее был Натан. И со слов Микки, это не звучало как Натан и Саша. Скорее, это было: Натан плюс один.
В этом месте, Микки О ‘Брайан превращался в серьезного дельца, бросая свою хроническую привычку отпускать сальные шутки. Поэтому если и есть место на земле, где он мог бы сейчас находиться, то это была квартира на Пятьдесят седьмой улице Манхеттена.
Это место ей казалось идеальным для того, чтобы на время переждать бурю. Бурю эмоций, которые надвигались на нее слишком быстро. Быстрее, чем хотелось. Пока что ей удавалось от них прятаться, роясь в своих мыслях. Но домик так мал и хрупок, что скрипел и валился набок.
— Куда мы едем? — не унималась Наоми.
— Ты же хочешь горячий душ?
— Только не говори, что нам придется кого-то грабить.
Саша надула губы, будто слова ее задели.
— Опять ты за свое! Поверь, тебе понравится.
Они проезжали мимо небоскребов. Кое-где в окнах горел свет. Кто-то из тех успешных парней, что сидят во главе крупных корпораций, никак не мог заснуть.
— Знаешь, как называют эту улицу?
— У вас в Нью-Йорке все любят делиться интересными фактами?
— Я с Чикаго, — напомнила Саша. — У нас любят бейсбол. Но ты только представь, сколько заколачивают на книгах. Я про Микки. Он ужасно богат. И никогда не скрывает этого. Самое забавное, что ему не приходится светить лицом. Да ему запросто можно разгуливать в людном месте. И никто ничего не поймет. Так хотя бы было раньше.
— Ты как будто чем-то разочарована.
— Возможно… не попробуешь, не узнаешь, так ведь говорят? Только все это быстро заканчивается. Еще вчера я давала интервью на Си-Эн-Эн и вот спустя мгновения… а жизнь это и есть мгновение, я уже простая девушка с кучей комплексов и проблем. Да еще и с зависимостью.
— Ну… у тебя неплохо получалось, — поддержала ее Наоми.
— Еще бы. «Блейз Липс» были самыми горячими сучками.
— Сучки, — произнесла Наоми. Сколько раз она говорила это слово в своей жизни вслух? Кажется ни разу.
— Именно так, — ответила Саша.
Там, в Чикаго, она грезила только об одном, ей хотелось все вернуть, она готова на все, ради одного мгновения, но именно сейчас при этих словах, она почувствовала стыд. — Так говорили, — добавила она с опозданием и прижалась лицом к стеклу.
— Мы едем к Микки?
— Да… неплохая возможность и отдохнуть, и узнать, что он накопал. С его-то связями.
— Микки О ‘Брайан, — произнесла вслух Наоми. — Надо бы позвонить Джонни.
— Ох уж этот проказник Джонни, — проговорила Саша. — Заставляет нашу Наоми о нем думать.
Наоми сделала вид что не услышала.
Машина плавно остановилась возле парадного входа.
— Может, я могу еще чем-то помочь, дамы? — спросил человек за рулем.
— Спасибо, не стоит, — вежливо ответила Саша.
— Зря, — ответил он.
Но его уже никто не слышал.
В парадной их встретил седоватый мужчина в строгом костюме. Кажется его звали Генри. Точно. Так написано на его бейджике золотого цвета. Он узнал ее сразу и встал как подобает джентльмену при встрече с дамой. Генри обладал хорошей памятью на лица и манерами, когда это нужно. Услужливо выставив голову вперед, он кивнул и произнес с озабоченным видом:
— Он у себя, только вот последние пару дней никуда не выходил. Я уже думал вызвать полицию или проведать самому, да только не положено мне покидать место. Вы уж если что, сообщите.
— Обязательно сообщим, Генри.
И засунула двадцатку в его нагрудный карман. Кажется, и она была последней.
Старик так же покорно отошел в сторону, потеряв всякий интерес к окружающему миру. Все что нужно, он получил и дожидаясь, пока дамы скроются, дабы оценить награду, замер в позе человека, глубоко думающего о вечном. Или играющего в покер. Кому как нравится.
Дверь была приоткрыта. Это нехорошо. В ее голову полезли мысли, от которых хотелось избавиться, но она зачем-то снова принялась за них, отчего ей совсем перехотелось куда-то идти.
Тишина за дверью… почему? Она рада любому звуку, будь это просто работающий телевизор. Или бурчание холодильника.
— Ты что-нибудь слышишь? — прошептала Саша, удивляясь собственному голосу. Словно вместо слов, кто-то провел щеткой по ее зубам.
Наоми не сдвинулась с места. Но рука плавно потянулась к поясу.
«Вот бы она так хорошо решала свои проблемы», — подумала Саша.
Ничего не происходило. В подъезде погасла лампа и тогда Наоми все-таки сдвинулась с места.
— Я захожу, — сказала она, держа пистолет наготове.
Саша осталась на месте.
