— Э, нет… — покачал годовой мужчина. — Та вампирша, пока ее не грохнули, чуть ли не пяток мужиков располосовала, крови было столько, что мне до сих о том вспоминать не хочется. Так что вы сами по себе, и я сам по себе. Возможно, вы люди и неплохие, но рисковать я все одно не хочу.
— Интересная настойка… — произнес Патрик, и пододвинул к кучеру золотую монету, которую тот сразу же накрыл ладонью. — Только что же о ней в столице не знают?
— Может, и знают, только для этой настойки годятся только травы, растущие в этой округе, и вода нужна здешняя, а еще эту настойку надо уметь готовить, а это непросто… — проворчал кучер, убирая монету, но его голос стал чуть подобрее. Этого человек можно понять: в здешних местах золотая монета — это неплохие деньги. — И потом, уж не думаете ли вы, будто некто из тех торговцев, у кого есть рецепт состава этой настойки, так просто, за одно лишь «спасибо», свою семейную тайну кому-то открывать будет? Да ни в жизнь. Говоря откровенно, сейчас настоящих-то настоек в этих краях почти не делают — закончились умельцы, а остальные так, пихают всякую траву, едва ли не сорную, считают, что и так сойдет. Настоящее-то зелье по-прежнему готовят только в паре мест, и этот постоялый двор как раз относится к их числу. И вообще: если б здешние хозяева этой настойкой не торговали, то давно бы по миру пошли — только на ее продаже и держатся. Я и то себе бутылку перед отъездом куплю — для лечения лучше ничего не найти, а у меня то и дело спину прихватывает.
— Что ж вы к стражникам-то насчет нас, грешных, не обратились?.. — поинтересовался Патрик.
— А зачем?.. — только что не огрызнулся кучер. — Они меня, конечно, похвалят, а потом по своим допросам затаскают, будут расспрашивать, успел ты снюхаться с нечистью, или нет, да и святоши так просто в покое не оставят — мол, может и ты уже успел свою душу испоганить общением с грешниками, так что давай-ка примемся за очищение и покаяние… Нет, такого счастья мне не надо. Да и народ вы, как я вижу, непростой, а в таких случаях не знаешь, что и лучше — к страже обратиться, или по-своему дело решить. Вот я и подумал: уж лучше нам с вами разойтись по-мирному, и забыть друг о друге.
— Понял… кивнул головой Патрик. — А вы не хотите к той монете, которую мы вам только что дали, получить еще несколько таких же? Тревожиться или опасаться не стоит, и ехать никуда тоже не надо — наша просьба относится к числу самых простых.
— Ну, не знаю… Хотя если дело чистое…
— Чище некуда.
— Раз так, то договорились…
Спустя три часа мы покидали постоялый двор, только кучер (на долю которого в итоге выпало десять золотых) направился в город, чтоб найти себе пассажиров — мол, не возвращаться же мне порожняком! а мы отправились своим путем. Правда, отныне нам предстояло ехать в телеге, которую нам приобрел все тот же кучер, который согласился нам помочь. Они с Патриком сходили на здешний рынок и столковались со здешними торговцами, так что у нас появилась справная телега и неказистый, но крепкий конь. В телегу, согласно указке все того же кучера, загрузили корзины с едой, пару бочонков меда и еще кое-какую мелочь. Глянь со стороны — крестьяне возвращаются домой, с рынка, или подрядились что-то отвезти. Еще Патрик купил несколько бутылок настойки на травах, о которой нам так много рассказывал кучер, и уложил их в большую корзину с соломой, чтоб они не разбились в пути. Я не стала спрашивать, для чего нам нужна эта настойка, а Патрик помалкивал — ничего, потом пояснит, для чего она ему нужна.
Надо сказать, что с постоялого двора мы еле успели убраться — к нему стали подходить стражники, а рядом с ними проявились и сутаны священников. Ясно — собираются ловить того, чей вой был слышен прошедшей ночью. Уж не знаю, какими будут успехи этой ловли, но посетители постоялого двора вовсю уносили отсюда ноги — как говорится, не хватало еще попасть под раздачу, так что наш поспешный отъезд ни у кого не вызвал подозрения.
— Ну, и куда мы сейчас?.. — поинтересовалась я у сидящего рядом Патрика. Что касается Вафана, то он с удовольствием держал в руках вожжи — как видно, вспоминал свою жизнь в родном поселке.
— Я у нашего кучера дорогу расспросил…
— До того места, где живет лесная ведьма?
— Нет, этого делать не стоило. Я кое-что помню из того, где мы проезжали, когда впервые ехали к ней. Вот до одного из этих городов и выспросил дорогу. Дальше, как ты понимаешь, мы дойдем сами.
— Интересно, сколько времени нам добираться придется?
— С седмицу, не меньше. По-счастью, время у нас пока еще есть.
