В январе 1921 года сильно истощились губернские продовольственные запасы. А это, в свою очередь, заставило большевиков резко увеличить объем продразвёрстки для того, чтобы обеспечить города губернии хлебом и продуктами питания (вместо заявленных ранее 50 процентов урожая ярового хлеба во многих уездах, в том числе объятых мятежом, стали взимать все сто процентов). Дополнительная развёрстка, естественно, усилила недовольство крестьян, что резко увеличивало численность Народной армии Антонова.
С 20 января была прекращена выдача хлеба гражданскому населению Кирсановского уезда, за исключением детей.
Совет Народных комиссаров в конце января срочно направил в Тамбов своего полномочного представителя — наркома просвещения Анатолия Луначарского. Тот был поражён состоянием дел, голодом среди рабочих и служащих, нехваткой топлива, и 2 февраля направил срочную телеграмму в Кремль:
7 февраля народный комиссариат по продовольствию в лице руководителя отдела по распределению продовольствия А.Б. Халатова дал директиву тамбовскому губпродкомиссару: "Принять решительные меры по удовлетворению рабочих бронированных предприятий Тамбовской губернии, членов их семей продпайком по нормам, указанным распоряжением Наркомпрода и срочно сообщить о ресурсах, имеющихся в тамбовском губпродкоме".
12 февраля Центральная межведомственная комиссия по борьбе с бандитизмом под председательством Феликса Дзержинского приняла решение усилить тамбовскую Губчека опытными работниками и послать в губернию как можно большее число ответственных организаторов-коммунистов, численностью до пятисот человек. От ВЧК в Тамбов был делегирован уполномоченный Я. Б. Левин. Председателем тамбовского губчека, взамен Тарасковича, был назначен М.Д. Антонов, начальником Особого отдела в армии стал Г.Н. Чибисов, а начальником политотдела армии — А.И. Жабин.
16 февраля в Тамбов прибыл Антонов-Овсеенко, который, по решению политбюро ЦК и Совнаркома, должен был возглавить Полномочную комиссию ВЦИК по борьбе с бандитизмом. В состав комиссии, помимо председателя, вошли также секретарь Тамбовского губкома Б.А. Васильев, председатель губисполкома А. С. Лавров, сменивший к тому времени Шлихтера, командовавший в то время войсками Тамбовской губернии А.В. Павлов и начальник политического отдела войск А.И. Жабин.
На борьбу с мятежом тамбовские власти мобилизовали половину состава Губчека, 30 процентов сотрудников уголовного розыска, четверть состава органов милиции, а также по двадцать коммунистов-крестьян от каждого северного уезда губернии, не затронутых мятежом. Военному командованию предписывалось выделить одну тысячу надёжных красноармейцев, губисполком выделил 5 миллионов рублей.
Проблема советских властей на Тамбовщине усугублялась ещё и внутрипартийной борьбой: спорили между собой сторонники "рабочей оппозиции" и "демократического централизма" и официальной линии ЦК РКП (б). Первые в конце двадцатого года стали брать вверх, одолевая присланных из Москвы председателя губисполкома Шлихтера и бывшего председателя Мещерякова. Для "разруливания" ситуации, в Тамбов, по поручению ЦК, вновь прибыл нарком просвещения Луначарский. К нему, сразу после прибытия в город, присоединился и Антонов-Овсеенко. Общими усилиями, они одолели оппозиционеров. Было выбрано новое губернское руководство: секретарём губкома назначили специально присланного для усиления парторганизации из Донбасса Б. А. Васильева, новым председателем губчека стал М. Д. Антонов, председателем губисполкома А. С. Лавров. Новый состав губкома РКП (б) тут же потребовал от Тамбовского, Кирсановского и Борисоглебского уездных комитетов партии организовать политическую работу "исключительно интенсивно, под непосредственной ответственностью укомов, бросить на неё максимум сил, не останавливаясь перед закрытием учреждений... сосредоточиться на переломе настроения крестьян".
В конце марта по приказу Антонова-Овсеенко, был объявлен двухнедельник амнистии для антоновцев. Коммунисты начинали серьёзную борьбу за перелом настроения крестьянства. И постепенно они перехватывали инициативу у Антонова.