– Дягилев? Дягилев мечтатель! А одними мечтами сыт не будешь! И кто вам сказал, что русский балет привез в Париж Дягилев? Это была моя идея! Когда мы сидели у княгини де Полиньяк, я предложил великому князю Владимиру привезти в Париж балетную труппу Императорских театров. Он выразил живой интерес, без его поддержки в балете ничего нельзя было сделать! И тут снова появился Дягилев, этот импресарио-любитель!
– Но ведь именно он организовал и привез балетную труппу?
– Да, но как? В Париже так дела не делаются! Я взял Дягилева за руку и лично представил его в редакциях Le Figaro, Le Gaulois, L’Echo de Paris, Le Matin и других главных газетах. Я стал для него гарантом оплаты всех абонементов! А что сделал Дягилев? Привез труппу без денег на проживание в Париже, полностью понадеявшись на первые сборы по спектаклям? Никаких наличных денежных средств! Дело дошло до того, что этот русский посылал аккредитованных секретарей ко мне за деньгами, а когда я выдал одному из них десять тысяч франков, Дягилев рассказал мне какую-то сказку о том, что секретарь взял деньги и сбежал с ними из Парижа!
– Его потом нашли?
– Конечно нет! Вы только посмотрите на счета за 1909 год! Эти русские сразу хотели слишком многого. Вы знаете, что они велели переделать весь пол на сцене «Шатле»? Сказали, что он рассохся от старости, увидели в нем щели, бугры и выемки. Пришлось наскоро ремонтировать, забивать в щели рейки, шлифовать доски, а это тоже расходы, – продолжал жаловаться Астрюк. – Высокие требования они предъявили и к светильникам. Прожекторов и рефлекторов понадобилось больше, чем обычно. Мы заново обили все театральные кресла, чтобы благородная публика не чувствовала себя в балагане! Но это тоже расходы. Почему никто не мог приехать в театр, чтобы учесть их в смете заранее? Я не привык так работать. В результате весь сезон вышел дефицитным. Чтобы возместить потери, я вынужден был обратиться за поддержкой к самым влиятельным лицам! Дягилев тратил деньги не глядя и задолжал мне тогда сорок тысяч франков. Если бы я не забрал и не продал потом все декорации и костюмы «Русского сезона», то остался бы в полном убытке. Нет, так дела не делаются!
– Можно ли посмотреть ваши счета по «Русским сезонам» и траты по текущему сезону? – осторожно спросил Ленуар. Когда ты бывший банкир, цифры часто более красноречивы, чем люди. Особенно в том, что касается театральных дел, где по традиции видимость важнее реальности.
– Посмотрите! Будьте любезны! Скрывать мне нечего. – Астрюк вытащил из правого секретера несколько копий набранных на печатной машинке отчетов и протянул их Ленуару. – Вот это его долг за 1909 год. Посмотрите, только за афиши, расклейку афиш и рекламу в газетах я заплатил 20 306 франков. Добавьте к этом услуги секретаря для Дягилева, переводчика, 15 000 конвертов, циркуляров и писем и услуги писателей, чтобы их подписать, услуги доставщиков приглашений, билетов и костюмов, услуги грумов, шоферов для срочных дел, уплату комиссии по авторским правам в Общество авторов, депеши и звонки Дягилева в Санкт-Петербург, марки, а также услуги журналиста для отслеживания опубликованных статей о сезоне, в том числе оплаченных нами… Получается еще двадцать тысяч!
Ленуар пробежал первый отчет глазами. Его догадки подтверждались: если деятельность импресарио в Париже выразить в деньгах, то основные средства, до восьмидесяти процентов от общей суммы, шли на рекламу: афиши, статьи в прессе и личные приглашения в театр…
– А кто занимался выбором газет и рекламой?
– Конечно я! Дягилев не знает парижского общества, он не знал, к кому обратиться, чтобы все было организовано на достойном уровне. Программа – это полдела. Программа сезона – значит взять на себя гарантии и обязательства. А взять на себя гарантии и обязательства – значит составить точный бюджет и придерживаться проставленных в нем цифр.
– В седьмом пункте числится деревянная столешница для письменного стола за 20 франков. За это тоже должен был платить Дягилев? – с сомнением спросил Ленуар. – И за услуги полиции в театре «Шатле» тоже?
– А почему я должен из своего кармана платить за дополнительный стол для рассылки писем по русскому сезону? – искренне удивился Астрюк.
– А вот здесь, почему вы берете себе 2614 франков за авторские права?
– Благодаря моим связям Дягилев получил скидку и отправил Обществу авторов только половину нужной суммы. С моей стороны это была большая услуга, поэтому мы договорились, что он заплатит мне десять процентов с выручки.
– Если было столько расходов и Дягилев остался вам должен, то на каких же условиях вы с ним работаете?
