Дверцу открыл лакей, одетый с иголочки. Эш цепко глянул на его броскую изумрудную ливрею, оценил смазливость, нехорошо подумал о леди Уайтхилл, проигнорировал протянутую руку (что он, дама?) и ступил на усыпанную щебнем дорожку.
Тут же ливанул дождь.
Красавчик-лакей немедленно превратился в мокрого воробушка, Эш попрощался с золотистой пыльцой (а он так усердно сегодня рога полировал!), а кучер просто уныло промок.
Потом на дорогу, неся раскрытый зонт, вышел дворецкий и, передав его лакею, учтиво поклонился.
— Милорд, как мне вас представить?
— Императорский дознаватель, — привычно ляпнул Эш, запоздало вспомнив, что, кажется, следовало просто назвать титул, а ещё вроде бы дать визитную карточку. Увы, на приёмы герцог ездил редко и только по делу. Например, проверить проклятое поместье и вытащить из подвала заигравшегося полукровку…
У дворецкого и лакея одинаково вытянулись лица, а Эш, глядя на них, решил, что если уж играть — то играть с апломбом. И, нацепив привычную маску придворного мага, взглядом (даже без волшебства) отодвинул с пути дворецкого и целеустремлённо прошёл к крыльцу.
— М-милорд, — бедняга дворецкий даже заикаться стал от страха (или изумления?). — Как мы можем вам служить?..
— Исчезните, — честно ответил Эш, заходя в уже распахнутую (расторопные тут слуги) дверь.
— Милорд, госпожа сейчас отдыхает… — начал было дворецкий, забрав у дознавателя плащ и уже было потянувшись за перчатками, но Эш щёлкнул пальцами у него под носом, и бедняга-слуга вздрогнул.
— Отлично! Вот и не станем её будить.
— Милорд, простите, но мы не можем…
— Брысь! — прикрикнул Эш, решив искать доказательства самостоятельно. Это лучше, чем иметь дело с ещё одной фурией — тёщей. Заколдуешь ненароком, жена снова разволнуется…
— Интересная у вас манера разговаривать со слугами, милорд.
Эш резко обернулся и внимательно уставился на смутно знакомого господина, тонкого, с грустным взглядом и тёплой улыбкой. Он был уже не молод, но красив — такой красотой, которая понравилась бы клиентам в борделе вроде той же «Ночной розы». Впрочем, этот господин попал бы туда точно не наложником…
Пока Эш его рассматривал, он сделал знак слугам, и те расторопно исчезли (правда, вряд ли далеко).
— Что вам здесь нужно, милорд?
— Я вас знаю? — в упор спросил Эш, понимая, что да, знает — но, хоть убей, не помнит, откуда. Любовник леди Уайтхилл? Такой же гость?
— Мы встречались, — подтвердил господин. — Вы могли меня видеть, когда я вёл дочь к алтарю на вашей свадьбе. Если вы, конечно, были способны хоть что-то заметить и запомнить. Вино, говорят, ударяет в голову и туманит разум…
— Это было не вино, — буркнул Эш, разом всё вспомнив. — Выходит, вы мой тесть? Странно, а Фрида на вас совсем не похожа.
Лорд Валентин это замечание проигнорировал.
— Что с моей дочерью? Днём, когда я приезжал, меня к ней не пустили, и я слышал, как слуги шептались о враче, — голос у отца (а отца ли?) Фриды был тихий, спокойный, но Эш чувствовал за ним, как за туманом, угрозу. — Что с моей дочерью?
Эш огляделся.
— Мы будем разговаривать здесь?
— Именно, — кивнул лорд Валентин. — Потому что вы мне ответите и сейчас же уедете. А потом привезёте письмо от Фриды.
— Ох ты — мне тут не рады! — изумился Эш. — А (просто интересно) что вы сделаете, если я всё же останусь?
— Подам на вас в суд, — ответил лорд Валентин, даже не думая опускать взгляд. — За жестокое обращение с супругой.
— И проиграете, — усмехнулся Эш.
— Проиграю, — спокойно кивнул Валентин, и Эш понял, откуда у Фриды это умение даже в бурю не терять самообладание. — Однако дело получит освещение в прессе, что принесёт вам… некоторые неудобства.
— А вы не думаете, что вашей любимой дочери тогда станет только хуже?
Валентин осёкся.
— Что с ней? — повторил он после секундной заминки.
Эш вздохнул и со странной тоской понял, что этот человек очень любит свою дочь. Отец или отчим — неважно, но он любит и готов ради неё даже на войну. А он ведь совсем не борец, этот тонкий лорд с печальным взглядом.
Отчим никогда не заступался за Эша. Он его и замечал-то только после очередного скандала…
— Моя жена беременна, и это вполне естественно, что я вызвал врача наблюдать её. В остальном, поверьте, милорд, с ней всё хорошо. Вы можете сами в этом убедиться, если посетите наш дом. Мы будем рады. Очевидно, сегодня случилось досадное недоразумение, и больше оно не повторится. Прошу нас простить.
Лорд Валентин ещё какое-то время смотрел Эшу в глаза, словно искал подвох. Потом кивнул — и словно бы уменьшился, съёжился.
— Что ж. Зачем тогда вы здесь, герцог?
— Хотелось бы кое-что прояснить, — туманно отозвался Эш. — Гувернёра вашего сына арестовали, вы наверняка об этом слышали?
— Грэгори, — кивнул лорд Валентин. — Глупости, он ни в чём не виноват. Юноша чист, как посланец Флоры. Когда его отпустят?
Эш неопределённо пожал плечами.
— Я бы хотел посмотреть его комнату. А после — поговорить с герцогиней.
— Она отдыхает…
— Это я уже слышал, — фыркнул Эш. — И пока не собираюсь её беспокоить. Вы проводите меня, милорд?
