Танец на двоих (ЛП) полностью

— Мне нужны взбитые сливки, — Саманта направилась к холодильнику и вытащила упаковку взбитых сливок и упаковку половинчатых сливок «half-and-half» (прим. сливки, получаемые при смешивании равных частей цельного молока и нежирных сливок, что дает при низкой калорийности богатый, насыщенный вкус). — Так, и еще непочатые бутылки сиропа, — вытащив из-под раковины упаковку, она взяла из нее две бутылки.

На кухню она пришла с намерением отвлечься. Она готова была завязать разговор о чем угодно. С той безумной ночи в спортзале прошла уже неделя, но мрачная угрюмость, угнетавшая ее все эти дни, не позволяла заговорить.

Джаз взглянула на нее поверх очков.

— Как ты? — с сочувствием спросила она.

— Нормально, — пожав плечами, Сэмми поставила ароматизированные сиропы и сливки на стойку.

— Ну да… — Джаз высыпала в миксер пакетик шоколадной стружки. — Свежо предание, да верится с трудом. Я хорошо знаю свою крошку Сэмюэль. И она не такая тихоня. И уж точно не такая… м-м-м… ворчунья. Столько времени прошло, а ты все еще мучаешься из-за той стычки?

— Из-за нее, — Саманта открыла дверцу шкафа и достала стеклянную миску с мерной чашкой.

— И что решила?

— Да, ты была права. С меня хватит. Я больше не пойду туда. Конец истории.

— Хорошо все обдумала? — Джаз склонила голову набок. — Уверена?

Теплый взгляд подруги смутил Сэмми.

— Да, — резко отвернувшись, она схватила баллончик со взбитыми сливками.

— Ну и хорошо, — неспешно кивнула Джаз. — По крайней мере, ты попыталась. Это было чертовски смело с твоей стороны, — она вернулась к своему крему, а Сэмми облегченно выдохнула.

Наконец-то ее оставят в покое.

Она взбивала половинчатые сливки с большей силой, чем требовалось, так как едва сдерживала гнев, вспыхнувший при воспоминании о той идиотской ситуации. Ее раздражение было связано не столько с самим нападением. По большему счету ее терзала жуткая досада на себя. За дикий испуг. За потерю контроля над своими реакциями. Как только ее мысли возвращались в тот вечер, горло сжимало спазмами от жгучей ярости на тех придурков и на саму себя.

А еще она не могла перестать думать о Киллиане.

Он пытался помочь ей, вышвырнул тех парней из зала, заботливо спрашивал ее, не нужна ли ей помощь. Когда он присел рядом, то выглядел очень обеспокоенным, а его брови озабоченно хмурились. Она, возможно, поблагодарила бы его за сочувствие, но тут он протянул руку, и она отреагировала чересчур грубо.

«Словно загнанный в угол зверь, что набрасывается на охотника и сбегает. Храбрость мне в задницу. Я, блин, тупая трусиха…»

Колокольчик над дверью звякнул, когда она начала смешивать сливки с сиропом.

— Я схожу, не отвлекайся, — Джаз быстренько вытерла руки о фартук.

— Хорошо, спасибо.

Поспешно выйдя в зал, Джаз завязала разговор с клиентом.

Сэмми осторожно, стараясь не пролить ни капли, перелила смесь в баллончик и закрутила крышку. Затем перевернула его вверх дном и, опершись одной рукой о стойку, принялась энергично его встряхивать, глядя прямо перед собой.

Спустя несколько минут Джаз вернулась на кухню. Она в задумчивости покусывала нижнюю губу, словно пыталась сдержать улыбку.

— Что? — вопросительно приподняла бровь Сэмми.

— Знаешь, там клиент… хочет выпить кофе и чего-нибудь перекусить. Ты уже закончила? — прокашлявшись, Джаз с невозмутимым видом вернулась к изготовлению начинки для канноли.

— Уже иду, — подхватив баллончики со взбитыми сливками, Саманта направилась в зал и, проскользнув за стойку, поставила их в холодильник. — Привет. Что будете пить?

— Латте, пожалуйста, — эта фраза, произнесенная бархатистым, слегка хрипловатым мужским голосом, прозвучала так интимно-тягуче, что у нее перехватило дыхание.

Она медленно повернулась.

Ее взгляд встретился с пристальным взглядом темно-серых глаз.

Прямо перед ней за стойкой сидел Киллиан Ронан.

5. На кону

Киллиан не помнил, когда в последний раз бывал в Маленькой Италии.

Это был один из тех этнических районов, о существовании которых он конечно же знал, но старался обходить стороной. Да и причин для их посещения не было: здесь все заявляло о национальном происхождении и национальных предпочтениях.

Витрины ресторанов красовались надписями на итальянском языке, а магазины — выставленными напоказ итальянскими брендами. Пиццерии привлекали взгляд светящимися красно-белыми неоновыми вывесками, обещавшими горячие ломтики с начинкой на любой вкус. А цветочные магазины поражали разнообразием свежесрезанных цветов.