— Он же не мудак. Не мог же он бросить меня в тех чрезвычайных ситуациях? Он не такой. А что касается вчерашнего вечера, то он просто принес мое лекарство. И ты прекрасно это знаешь. Киллиан сказал, что ты дала ему мой номер телефона.
— Что-то не припомню такого.
— Джей, он показал мне записку с твоим почерком.
— Это какая-то ошибка, — Джаз потянулась за кондитерским пакетом с лимонным сливочным кремом. — В любом случае, не пытайся сменить тему. Не стоит забывать, что этот «просто друг» в воскресенье посетит итальянский семейный обед, где познакомится с твоими родными. Не надо водить меня за нос. Я в курсе, что все это значит.
— Ага, это значит, что его просто втянули во все это, не спрашивая согласия. Внезапно появилась Ники и начала раздавать указания направо и налево, как она обычно это делает. Киллиан действительно порядочный человек. И что ему оставалось делать? Начать отнекиваться? — Сэмми в раздражении принялась тереть губкой тарелку сильнее, чем это требовалось.
— Никак не пойму, чего ты сопротивляешься? С твоими родителями он незнаком. И вы оба взрослые люди. Ему не требуется их разрешение, чтобы встречаться с тобой. Он согласился прийти в воскресенье, потому что сам этого хочет. Ты ему нравишься.
— Киллиан просто очень милый и не хотел выставлять меня дурой перед моей сестрой. Ты же знаешь, Ники не принимает отказов.
— А, ну да, я же его совсем не знаю, — Джаз наносила сливочный крем на кексы красивыми завитушками. — Но зачем же, моя дорогая, все так усложнять? Это же не ракетостроение. Ты определенно нравишься этому парню. Так не мешай же ему.
— Сколько тебе можно говорить одно и то же? Мы с ним просто друзья, — Саманта принялась с удвоенным рвением скрести миску от миксера, которую только что отдала ей Джаз. — Ничего более.
Закатив свои огромные карие глазища, Джаз досадливо покачала головой.
— Как скажешь, Сэмюэль. Давай, давай, убирайся отсюда. Иди, поработай над чем-то потрясающим, чтобы в июне я могла тобой гордиться, — заметив грозное выражение на лице подруги, она подняла руки в примирительном жесте. — И не факт, что мы думаем сейчас об одном и том же.
* * *
Пополнив депозит с дневной выручки, Саманта перебежала на другую сторону улицы и села в автобус. Стоило ей плюхнуться на сиденье, как в кармане зажужжал мобильник. Поспешно его вытащив и глянув на высветившееся на экране имя, она невольно улыбнулась.
Киллиан: «Что собираешься делать сегодня вечером?»
Сэмми: «Танцевать».
Киллиан: «Готовишь презентацию?»
Сэмми:
Киллиан: «Так ты все же решилась сделать это?»
Сэмми: «ЧЕРТ ВОЗЬМИ, НЕТ!»
Сэмми: «Можно было бы… но нет».
Киллиан: «Все равно круто. Надеюсь, домой поедешь в безопасности?»
Сэмми: «Автобусом».
Киллиан: «Ключевое слово «БЕЗОПАСНОСТЬ». Если что, я сам отвезу тебя».
Широко улыбнувшись, Сэмми закатила глаза.
Как же приятно осознавать, что кто-то искренне беспокоится о твоем благополучии.
Скорее всего, нет…
Тугой жесткий узел, скрутивший все внутренности после сурового урока недавнего прошлого, сдавил тисками грудь. Люди, бывает, оказываются вовсе не теми, за кого себя выдают. А ослабевшая в последние дни броня инстинкта самосохранения нашептывала, что лучше бы перестраховаться и причислить Киллиана к подонкам, скрывающим уже имеющиеся обязательства. Вот только сей аргумент еще больше склонил ее к мнению, что парень в этом отношении абсолютно свободен.
Киллиан просто не мог быть тем, кто способен делать для малознакомой девушки такие милые вещи, как провожать ее до дома, чтобы с ней ничего не случилось, приглашать на поздний ужин, чтобы ее утешить, тащиться через весь город, чтобы вернуть ей лекарство, соглашаться прийти на обед и познакомиться с ее семьей, а после этого как ни в чем не бывало возвращаться домой к ожидавшей его второй половинке.
И еще… эти моменты…
Там, возле ее двери. В его пикапе, когда она держала его за руку. Когда обняла его… и он стал первым, не входившим в круг ее семьи мужчиной, к которому она прикоснулась, не испытывая страха. Да и брошенный на ее губы взгляд, когда он впервые проводил ее до квартиры… и позапрошлой ночью тоже… никак не мог быть притворным.
Киллиан определенно был к ней неравнодушен.
