— И ты сам попал во временную ловушку — как и все жители Аллрои, — задумчиво произнес Натан.
— Да, и так продолжало очень, очень долго. Я сбился со счета, сколько раз я пытался вырваться из нее. Я не мог даже проявиться, существовал как призрак, потому что застрял в том самом моменте, который никак не мог произойти. Но все изменилось, когда появилась ты. — Он в упор взглянул на притихшую Клэрити. — Думаю, появление в городе живой изменило устоявшийся ход событий. Ты ведь живая, верно? Я почувствовал что-то странное в тебе, еще тогда, когда это увидел, но не мог понять… пока не увидел твою кровь.
— Живая, — подтвердила Клэрити. Неохотно — ведь одно это слово проводило черту между ней и всеми остальными, кто находился здесь. — Но… почему ты лишился крыльев?
Акиру помолчал, словно решая, стоит ли говорить правду незнакомцам. Возможно, принять решение ему помогло осознание, что без помощи Натана и Адама, без дара Клэрити и ее «волшебной» крови, у этой истории не было бы счастливого исхода.
— Мойра подарила мне жизнь в раю. Я был ей благодарен, но только до тех пор, пока не умерла моя любимая. Я ждал ее, но ждал напрасно. Не знаю, отчего, но мойра решила, что ей не место в раю. Я не смог жить без любимой и не смог смириться с несправедливостью. Я отыскал башню мойры и потребовал, чтобы она дала моей любимой пропуск в рай. Думал, что раз я — ангел, то… Признаться, не знаю, о чем я думал тогда. Наверное, злость и боль потери меня ослепили. Но я не мог простить мойре то, что она разлучила нас… Я сделал то, что никогда бы не сделал истинный ангел, и потерял право им называться. Мойра отрезала мои крылья осколком зеркала, и с тех пор вход в рай для меня заказан. Я стал падшим ангелом и скитался по аду… И даже любимую не нашел.
— Это ты разбил зеркало Преисподней, — прошептала Клэрити. Сознание будто бы подернулось рябью — окружающий мир стал размытым и неустойчивым.
— Ты знаешь о том, что оно разбито? — поразился Акиру. Стало ясно: знай он это, никогда бы не открыл Клэрити правду.
— Из-за тебя я попала сюда, — выдавила она. — Из-за тебя моя дочь стала жертвой жестокой не по годам демоницы. Каролина провалилась через разрыв между землей и адом — или же дочь Архонта сама затянула ее сюда… я не знаю. Знаю лишь, что теперь в ее теле живет несколько сознаний — демоницы и тех, чьи сознания она все это время подавляла.
Акиру молчал. Стоял, опустив плечи — словно тяжесть бремени давила на них. Не так легко смотреть в глаза человеку, который стал жертвой твоей ошибки.
— Тьма… пока я шел, она шептала мне, насмехалась надо мной. Говорила, что мне никогда не найти любимой, но я обречен помнить о тех, кто умирает на моих глазах. Целая вечность постоянных потерь — и в отличие от жителей Преисподней, меня не ждет счастливое избавление, которое они называют забвением. Я буду помнить всех, кого потерял. Буду страдать… до тех пор, пока не умру. Это моя последняя жизнь, сколько бы она ни продлилась — мойра не простила мне неповиновения, и Леди Смерть мою плату не примут. Так позволь мне хотя бы искупить свою вину… Хотя бы попытаться.
— Хорошо, — с усилием кивнула Клэрити. — Помоги. Помоги мне найти Вершину Мира и вернуться домой.
— Ты действительно сможешь это сделать? — волнуясь, спросила Клэрити. — Извини за недоверие, но это касается моей дочери, а ты сам говорил, что твоя магия…
— Это сделаешь ты, а не я. Я лишь немного помогу.
Акиру смотрел на спящую леди Вуарей. Он настоял на том, чтобы Клэрити вновь пропитала пищу сонным зельем. Она неохотно последовала совету падшего ангела, взяв с него обещание, что делает это в последний раз.
Адам сидел на кровати — с каждым часом, с каждым днем его болезнь все больше его ослабляла. Просто бледное прежде лицо стало землистым, щеки ввалились, блеск голубых глаз пропал. Ему становилось все хуже.
Натан стоял рядом с Клэрити, подпирая стену плечом и бросая на Акиру настороженные взгляды. Он так ее защищал… Это осознание приносило и радость, и горечь. Ведь когда они попадут к мойре… Клэрити тряхнула головой. Не время думать о плохом. Нужно спасти Каролину.
— Что мне нужно будет делать? — осведомилась она.
Акиру перевел взгляд с леди Вуарей на Клэрити.
— Найти ее, а после найти выход.
— Не понимаю.
— Демоница использует ментальную магию, чтобы удерживать сознания хозяек похищенных ею тел. А значит, она их где-то держит. Это должна быть некая проекция. Не знаю, что это, но… Если найдешь выход, сможешь заставить демоницу перестать подавлять сознание дочери.
— А что будет с ее собственным сознанием? Сознанием леди Вуарей?
— Думаю, она затаится до тех пор, пока не поймет, что ей угрожает. Не думаю, что она захочет попасть в мир живых, где от ее магии не останется и следа, а от нее самой — лишь слабый голос в голове ребенка. Но в любом случае твою дочь надо освободить до того, как вы вернетесь в родную реальность. Если личность Каролины останется подавленной…
— То, очутившись в мире живых, она может не прийти в себя? — тихо спросила Клэрити. — Сойти с ума?
